mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Categories:

Как и когда «убивали» Сталина #3/4

Ранее

От мыслей о заговоре отвлекает также то простое обстоятельство, что сотрудники КГБ явно не принимали участия в сложении представленной выше сказки: выдумать подкрадывающегося ночью к сталинскому нарзану Хрусталева мог только полный идиот, но уж никак не сотрудник КГБ, которому это дело и стоило поручить. Можно, конечно, возразить, мол все равно это провокация, но даже провокация у сотрудника КГБ была бы реалистична, просто противоречива для вскрытия ее ложности. Подобная же чушь могла прийти в голову разве что одному выдающемуся деятелю… Ну, выдумал же Никита, как при аресте Берии Жуков лично крутил шпиону руки (при его-то комплекции, положении в обществе, маршальском звании и возрасте уже не юном, да и шпион был при комплекции, положении в обществе… Жуть). Зачем же Никита это выдумал, для заговора или для удовольствия? Ей-богу, Федор Павлович Карамазов…

Вместе с тем Светлана поминает фамилию Хрусталев, и значит, в представленной нам байке Хрусталев вымышлен на основании ее сочинения или же идет из отработанной версии… Ну, понятно: если допустить существование отработанной версии, то при ее воплощении в действительность через Рыбина или кого-то иного вроде Лозгачева существование Хрусталева не должно было вызывать никаких сомнений. Что ж, сомнения у невнимательного читателя исчезали при чтении сочинения Светланы. В данном случае, при наличии отработанной версии, сочинение Светланы должно было сыграть роль независимого источника, подтверждающего картину смерти Сталина, изложенную позже Рыбиным. В сущности, неграмотным это не назовешь, но сочинение Светланы ни единый профессионал явно не читал с редакторской целью: например, он бы не позволил ей нести чушь про «движение» в разговоре с дежурным офицером, а нашел бы разумный способ подтвердить версию Рыбина или, если требовалось, заточение Сталина на даче. Да, это крайне непросто, врать вообще очень трудно, но на то и нужны профессионалы, а не референты ЦК КПСС, которым, допускаю, байка про сталинское «дз» показалась бы верхом гениальности (особенно если эту бредню родил в муках их начальник). Профессионал объяснил бы им: «Товарищи, это же не роман Агаты Кристи, где в конце загадка открывается. Проще нужно быть, проще и достовернее, а то народ нас не поймет. Да и неужели вы хотите, чтобы наше ведомство опять подвергли репрессиям? А если какой начальник сдуру долбанет кулаком по столу да прямо спросит: «Какой идиот выезжал на происшествие? Где экспертиза по нарзану? Опять троцкистов проспали?» Зачем нам это?» Так и случилось: ни единый историк намекающего «дз» просто не понял, даже в голову не пришло, что человек с параличом слова может произносить невнятно, скомканно.

Словом, впечатление такое, что глупая эта версия все же отработана, ведь Светлана и Лозгачев подобно попугаям употребили слово «движение» в одном смысле, не понимая его сути, да и жест умирающего описали один и тот же, но едва ли в отработке этой версии принимали участие сотрудники КГБ. Значит ли это, что дело было не государственное? А впрочем, может быть, Лозгачев просто почерпнул у Светланы достоверное на его взгляд выражение для получения долларов от Rurikid prince, а с жестом совпадение? Выглядит это, конечно, диковато для завхоза, но чем черт ни шутит? Врать он, конечно, мог с удовольствием — поди не Махатма Ганди и даже не товарищ Сингх, да и бесплатно разговаривать с таким человеком, как принц Радзинский, Лозгачев не стал бы: мотива нет, а доллары все же хоть какой-то мотив. Впрочем, может быть, его очень попросили поговорить начальники из КГБ? Ведь поминал же его во лживых своих баснях Рыбин, а значит, состав участников «охраны» или черт знает чего был отработан, запланирован. Да, но сотрудники КГБ вроде бы не принимали участия в отработке версии, а на референтов у Лозгачева едва ли был положительный рефлекс… Зато у Радзинского наоборот: на референтов рефлекс должен был быть положительный, а на сотрудников КГБ — отрицательный. Занятно еще, что Радзинский сбывал свои измышления через крупных американских издателей вроде Doubleday (кажется, у Doubleday было первое издание книги про Сталина, раньше, конечно, чем у нас: доллары, доллары, доллары), хотя американский здоровый потребитель даже сегодня наверняка не имеет ясного о нем понятия (поди не Арнольд Шварценеггер и даже не Дэн Браун, рентабельный автор, надежный, миллионами книги уходят). Судя по Rurikid prince (а это, так сказать, потомственный Шварценеггер), ребята в рекламе чуть наизнанку во лжи не вывернулись, но с какой же целью? Прибыли маленькие? Удивляет, конечно, лживая реклама на таком уровне, когда давно уже можно быть честным: издательство Doubleday существует более ста лет, с конца девятнадцатого века.

Случайно ли версию о смерти Сталина продвигают лжецы, болваны и чистые поклонники долларов? Весьма милая компания, не правда ли? Единственное, что в этом деле профессионально,— это подбор исполнителей — если, конечно, подбирала их не сама жизнь. В сущности, трудно даже и американцев обвинять: сумасшедшую идеологию им мы всегда навязывали сами, они лишь повторяют глупые басни наших маргиналов, что, как мне кажется, и нашло высшее свое воплощение в творениях принца Радзинского, прославленного в США чуть ли не как потомственный Шварценеггер.

Безусловно, отношение к Сталину сегодня еще значимо идеологически, но смысла в господствующей идеологии демонизма, демонологии, совсем никакого нет. Демонизировать Сталина отнюдь не значит понять эпоху революций и величайшие перевороты духа на историческом пути. Сегодня идеология идет по пути слепого очернения всего, что связано со Сталиным, например Берии и Абакумова, а мнимые противники Сталина вроде Хрущева в глазах идеологии закономерно приобретают ангельский облик. Берия ныне вполне закреплен в массовом сознании как демон, но наиболее показательно отношение к Абакумову, тоже демонизированному при помощи ряда недалеких авторов от принца Эдди до Солженицына, причем демоном Абакумов остается несмотря даже на факты, на то, что подробный смертный приговор ему сегодня может прочитать каждый:

Из постановления ЦК ВКП(б) «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР»
11.07.1951

2 июля 1951 года ЦК ВКП(б) получил заявление старшего следователя следственной части по особо важным делам МГБ СССР т. Рюмина, в котором он сигнализирует о неблагополучном положении в МГБ со следствием по ряду весьма важных дел крупных государственных преступников и обвиняет в этом министра государственной безопасности т. Абакумова. […]

Получив заявление т. Рюмина, ЦК ВКП(б) создал комиссию Политбюро в составе тт. Маленкова, Берия, Шкирятова, Игнатьева и поручил ей проверить факты, сообщенные т. Рюминым. В процессе проверки комиссия допросила начальника следственной части по особо важным делам МГБ т. Леонова, его заместителей тт. Лихачева и Комарова, начальника Второго Главного управления МГБ т. Шубнякова, заместителя начальника отдела Второго Главного управления т. Тангиева, помощника начальника следственной части т. Путинцева, заместителей министра государственной безопасности тт. Огольцова и Питовранова, а также заслушала объяснения т. Абакумова.

Ввиду того что в ходе проверки подтвердились факты, изложенные в заявлении т. Рюмина, ЦК ВКП(б) решил немедля отстранить т. Абакумова от обязанностей министра госбезопасности и поручил первому заместителю министра т. Огольцову исполнять временно обязанности министра госбезопасности. Это было 4 июля с.г.

На основании результатов проверки комиссия Политбюро ЦК ВКП(б) установила следующие неоспоримые факты.

1. В ноябре 1950 года был арестован еврейский националист, проявляющий резко враждебное отношение к советской власти,— врач Этингер. При допросе старшим следователем МГБ т. Рюминым арестованный Этингер, без какого-либо нажима, признал, что при лечении т. Щербакова А.С. имел террористические намерения в отношении его и практически принял все меры к тому, чтобы сократить ему жизнь.

ЦК ВКП(б) считает это показание Этингера заслуживающим серьезного внимания. Среди врачей, несомненно, существует законспирированная группа лиц, стремящихся при лечении сократить жизнь руководителей партии и правительства. Нельзя забывать преступления таких известных врачей, совершенные в недавнем прошлом, как преступления врача Плетнева и врача Левина, которые по заданию иностранной разведки отравили В.В. Куйбышева и Максима Горького. Эти злодеи признались в своих преступлениях на открытом судебном процессе, и Левин был расстрелян, а Плетнев осужден к 25 годам тюремного заключения.

Однако министр госбезопасности т. Абакумов, получив показания Этингера о его террористической деятельности, в присутствии следователя Рюмина, зам. начальника следственной части Лихачева, а также в присутствии преступника Этингера признал показания Этингера надуманными, заявил, что это дело не заслуживает внимания, заведет МГБ в дебри, и прекратил дальнейшее следствие по этому делу. При этом т. Абакумов, пренебрегая предостережением врачей МГБ [?], поместил серьезно больного арестованного Этингера в заведомо опасные для его здоровья условия (в сырую и холодную камеру), вследствие чего 2 марта 1951 года Этингер умер в тюрьме.

Таким образом, погасив дело Этингера, т. Абакумов помешал ЦК выявить безусловно существующую законспирированную группу врачей, выполняющих задание иностранных агентов по террористической деятельности против руководителей партии и правительства. При этом следует отметить, что т. Абакумов не счел нужным сообщить ЦК ВКП(б) о признаниях Этингера и таким образом скрывал это важное дело от партии и правительства. […]

На основании вышеизложенного ЦК ВКП(б) постановляет:

1. Снять т. Абакумова с работы министра государственной безопасности СССР как человека, совершившего преступления против партии и Советского государства, исключить из рядов ВКП(б) и передать его дело в суд.

2. Снять с занимаемых постов начальника следственной части по особо важным делам МГБ СССР т. Леонова и заместителя начальника следственной части т. Лихачева как способствовавших Абакумову обманывать партию и исключить их из партии.

3. Объявить выговор первому заместителю министра т. Огольцову и заместителю министра т. Питовранову за то, что они не проявили необходимой партийности и не сигнализировали ЦК ВКП(б) о неблагополучии в работе МГБ.

4. Обязать МГБ возобновить следствие по делу о террористической деятельности Этингера […]
___
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 46. Л. 19–21. Копия.
См. советские документы по адресу http://www.idf.ru.

Да, любимая наша партия готовила хороший открытый процесс, но вот беда, Абакумов отказался давать показания или давал издевательские, что можно почерпнуть из записки в ЦК председателя Верховного суда Волина, который и посоветовал «судить» Абакумова «без участия обвинения и защиты» за бесперспективностью суда:

Сов. секретно
ЦК КПСС

Ознакомившись с поступившим на рассмотрение Верховного Суда СССР делом АБАКУМОВА и других быв. работников МГБ СССР, считаю необходимым сообщить соображения о порядке судебного рассмотрения этого дела.

АБАКУМОВУ предъявлено обвинение в том, что он, находясь в преступной связи с врагом народа БЕРИЯ и проводя подрывную деятельность против Советского государства, в этих целях со своими сообщниками создавал провокационные следственные дела так называемое «Ленинградское дело», дело по обвинению ЖЕМЧУЖИНОЙ П.С., дело ШАХУРИНА, НОВИКОВА и других, дело БОРОДИНА, сфальсифицированное с целью опорочить руководителей Коммунистической партии Китая, ряд дел на генералов Советской Армии и других лиц.

Обвинение обосновано материалами дела.

Что касается рассмотрения дела АБАКУМОВА в публичном процессе в гор. Ленинграде, в присутствии партийного актива, то по мнению Верховного суда СССР следовало бы признать это нецелесообразным.

Как указано выше АБАКУМОВУ наряду с фабрикацией «Ленинградского дела» предъявлен ряд других обвинений, публичное рассмотрение которых с неизбежными подробностями нежелательн [так в тексте, не влезла буква О]

К настоящему времени все осужденные в связи с «Ленинградским делом» полностью реабилитированы, их родственники возвращены к месту жительства и устроены на работу.

На Ленинградском партактиве с участием Н.С. ХРУЩЕВА было разъяснено решение ЦК КПСС по вопросу провокационного создания дела КУЗНЕЦОВА, ПОПКОВА и других, и снова поднимать эти вопросы без особой на то надобности вряд ли целесообразно.

Имеет значение и то обстоятельство, что по основным пунктам обвинения, в частности по обвинению в фабрикации «Ленинградского дела», в деле не содержится объяснений АБАКУМОВА в связи с тем, что АБАКУМОВ отказался их давать или давал такие показания, которые следствие не фиксировало как провокационные [так в машинописном тексте, вероятно правильно бы было — фиксировало, без отрицания].

По всем этим соображениям вношу предложение дело АБАКУМОВА и других рассмотреть в закрытом судебном процессе без участия обвинения и защиты.

Такого же мнения придерживаются тов. тов. РУДЕНКО и СЕРОВ [Прокуратура и КГБ].

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ВЕРХОВНОГО СУДА СОЮЗА ССР А. Волин.
З сентября 1954 г.
№ 10/00267

Нач. Секр. Шифр. Отдела
Верховного Суда СССР (подпись)
___
ГА РФ. Ф. Р-9474. Оп. 16. Д. 433. Л. 41-42.
http://rusarchives.ru/evants/exhibitions/stalin_exb/271_a.shtml

Как видим, фактов у «суда» не было: если в деле не содержится признаний Абакумова, то и суд немыслим… Не испугался Абакумов и не отступил от убеждений даже под страхом смерти. Сталинист, конечно, низкая душонка, не демократическая.

Возникает вопрос ко принцу Эдди: откуда он выведал, что Абакумов организовал дело врачей, как он написал в своей книжонке о Сталине, если архивные документы ЦК ВКП(б) говорят об обратном? Абакумов, как мы воочию видим, пытался «погасить» это дело, даже с риском для жизни, чего он не мог не понимать: с ЦК шутить было опасно. Едва ли Абакумов мог не знать, кто желает избавить Сталина от надежной личной охраны, «на почве пьянок сросшейся» с убийцами в белых халатах… Неужели пишущий о Сталине мог не знать приведенное постановление ЦК? И после этого принц Радзинский будет отрицать свою продажность, сиречь пылкую любовь к роскоши и долларам? А ведь будет, непременно будет. Или, может быть, это у новоявленного нашего Рюриковича не от любви к долларам, а просто от невежества? Даже Хрущев, как видите из приведенного выше документа, не обвинял Абакумова в организации дела врачей. Но если Абакумов осознанно рисковал жизнью, пытаясь не допустить беззакония в деле врачей, то мог ли он фальсифицировать прочие дела? Весьма сомнительно: зачем же в таком случае помирать было из-за какого-то «еврейского националиста» Этингера?

Хрущеву удалось втоптать в жидкую грязь всех своих врагов, даже Сталина. И удивительное дело, среди нынешних либералов вроде принца Эдди Хрущев слывет матерым либералом, хотя позволял себе даже пулеметы на улицах. Остается полной загадкой, почему либералы не обзывают его Никита Кровавый… Что ж, либерал необъясним, как сама любовь или ненависть, и непредсказуем, как загадочное явление природы, торнадо духа, сумбур.

Нынешняя идеологическая клевета на Сталина и его время может, безусловно, рассматриваться как инстинктивный порыв к демократизации общества. Вместе с тем искаженное восприятие мира приводит не к свободе, а новому духовному рабству, столь же тяжкому, как и прежнее, «революционное».

Глобальная как сам мир клевета на Сталина и, кстати, на нашу страну за доллары у принца Эдди называется «Несостоявшийся апокалипсис». Принц, вероятно, не слышал, что на языке эллинов апокалипсис значит просто откровение — открытие тайны свыше; лишь на языке долларов этим словом обозначается нечто страшное и ужасное (видимо, некий умник перепутал это слово со словом Армагеддон, ведь слова эти так похожи, оба начинаются на букву А). В столь высоком стиле клевета выписана, конечно, для американского здорового потребителя, «апокалипсис» он должен принять на свой счет: Сталин во главе советского народа должен был устроить «апокалипсис» американскому здоровому потребителю, и эта идеология достойна долларов (я бы не удивился, если бы выяснилось в США, что убытки по изданию книги Радзинского издательству Doubleday покрыло правительство).

Как же доказать американскому здоровому потребителю, что Сталин хотел начать «Большую войну» немедленно после войны с фашизмом? Задача эта для историка неразрешима — ничего подобного не было, но принц Эдди у нас не историк, а малый акын истории (до большого акына не дотянул), певец и сказитель, и для него невозможного нет. Для обоснования своих клеветнических измышлений за доллары принц Эдди припомнил Виктора Суворова, человека с большими психическими проблемами, который утверждал на радость идеологам, что Сталин собирался развязать Вторую мировую войну. Представьте себе, о подготовке Гитлером нападения на СССР существуют тысячи документов и даже свидетельств, в том числе из ближайшего окружения Гитлера, намерения Гитлера даже в конце двадцатых годов не вызывали сомнений у читателей его книги, но в наши дни появляется вдруг мощный на ходу Ледокол истории и разъясняет: все это чушь, документы и прочая тягомотина, я вам на примере «открытых советских источников» докажу, кто именно хотел начать Вторую мировую войну… Далее он берет изданные в СССР книжечки и начинает из цитат, частью выдуманных, строить правду-матку истинную. Ну, и как это называется? Верно, параноидная шизофрения. Если вы видите человека, который на развалинах действительности пытается создать свой вымышленный мир, причем именно в ущерб действительности, то это явное психическое заболевание. Для параноика же суровый буревестник льдов слишком уж необычно заговаривается (паранойя — это относительно легкое отклонение, пустяк в сущности, склад личности, психопатия, даже до клиники редко доходит), например:

Подобных объяснений действий Сталина коммунистические историки придумали много. Но каждое из этих объяснений несет в себе два порока:

— оно придумано задним числом;

— оно полностью игнорирует позицию советских руководителей, хотя эта позиция изложена более четко и понятно, чем позиция Гитлера в его сочинениях и речах.
___
В. Суворов. Ледокол.

Ну, каким же еще «числом» должны работать историки? Передним, что ли? Вперед событий, значит, историю теперь надо писать?

Второй пункт тоже представляет собой бредовую идею: у советской истории, стеснительной и прекрасной как юная дева, было много скрытых недостатков, да, но игнорирование позиции советских руководителей в число этих недостатков не входило: это было просто невозможно. Книги, игнорирующие позицию советского руководства, в СССР не печатали, о чем, кажется, много говорено было, даже дети знают. Некоторые изданные в СССР книги даже по математике, о которой советское руководство вообще никогда не высказывалось, начинаются в предисловии с верноподданного заклинания, что в связи с решениями очередного съезда КПСС следует «всемерно крепить», «длить», «наполнять» и т.п., а потому данная книга имеет важное не только научное, но и прикладное значение. Верноподданная ссылка на позицию советского руководства и идеологию в советской научной литературе была обычна, как туман над Лондоном, и даже странно, что Суворов об этом не знал.

Самая основа построенной Суворовым теории тоже выдает шизофреническую его логику. Гитлер начал готовиться к нападению на СССР летом 1940 г., но план нападения на СССР ушел в войска только к концу года, после встречи Гитлера с Молотовым, а Суворов пытается поставить в вину СССР ответные перемещения войск к границе уже весной и летом 1941 года, буквально за считанные дни до начала войны (конечно, такие перемещения были, и о них можно было прочесть в «открытой» советской печати). Образы теории Суворова просто не определены во времени, т.е. для нормального человека не имеют смысла. Не определен во времени у буревестника льдов даже сам термин «Вторая мировая война». Дело в том, что войну эту начал Гитлер нападением на Польшу в 1939 году, а ставить в вину Сталину действия весной 1941 года и выдуманные намерения осени 1939… Это, конечно, шизофрения.

У человека, имеющего ясное понятие о психопатологии, вызвало бы серьезное беспокойство поведение принца Эдди, который не только вне всякой критики воспринял бредни нашего паровоза-ледокола, Полиграфа новоявленного, но и стал развивать его теорию в своей книге «Сталин» его же методами (вот они, доллары‑то, до чего доводят). С нашей стороны тоже существует масса документов о начале войны, причем в наши дни опубликованы даже официальные директивы Генштаба в округа, совершенно четкие приказы, где в каждом пункте заклинанием повторяется слово «оборона», «оборона», «оборона», «обеспечить оборону», «прикрытие государственной границы на участке…» Все это, благодаря, должно быть, великому примеру наших дней, для принца Эдди вообще никакого смысла не имеет, не удостоилось даже и упоминания, зато чрезвычайное внимание уделено написанному от руки Василевским весной 1941 года плану упреждающего удара по группирующейся фашистской армии, что и преподносится как доказательство агрессивных намерений Сталина. Записка Василевского не подписана ни Жуковым, ни Тимошенко, нет упоминаний даже о машинописных ее копиях, неизвестно, читал ли черновик Василевского Сталин, т.е. это неофициальный документ, но это частное мнение Василевского, сами понимаете, уж точно главный план советского Генштаба… Да в своем ли уме принц Эдди? Даже если это был бы главный план, где здесь криминал? Разве упредить врага с точки зрения нравственности плохо? Вероятно, принц Эдди вслед за своим кумиром решил, что военные планы весны 1941 года, вызванные многомесячным наращиванием на наших границах фашистской группировки, являются исключительно агрессивными. Что ж, тоже логика, правда? Ей-богу, нужно очень уж изысканно шизофренически смотреть на мир, чтобы счесть агрессивными даже не действия, а всего лишь планы, вызванные сосредоточением на наших границах армии численностью в несколько миллионов человек. Заметьте, Гитлер для сокрушителя льдов и принца Эдди не существует и ничего предосудительного не делает… Да оно и понятно: как же можно такого прекрасного человека обвинять в агрессивности!

Кроме того, в названной записке Василевского опять многократно повторяется слово оборона, и есть даже такие странные строки, до которых принц, вероятно, не дочитал:

Одновременно необходимо всемерно форсировать строительство и вооружение укрепленных районов, начать строительство укрепрайонов в 1942 году на границе с Венгрией, а также продолжать строительство укреп-районов по линии старой госграницы.
___
№ 473. Записка наркома обороны СССР и начальника Генштаба Красной армии председателю СНК СССР И.В. Сталину с соображениями по плану стратегического развертывания вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками // 1941 год. Документы. В двух книгах. Книга вторая. М.: Международный фонд «Демократия», 1998.

Если в 1941 году силы зла собирались напасть на Германию, то зачем же планировать строительство в тылу укреплений на 1942 год? В своем ли уме Радзинский?

Удивляют также весьма тревожные с точки зрения психопатологии думы принца Эдди о каком-то новом языке общения военных, примстившемся ему:

«…Нигде ни слова об ударе по германским войскам, все документы требуют предпринимать меры обороны».

Но старый работник Политуправления Волкогонов должен был знать цену идеологическим словам. «Оборона» — идеологическое слово. На «глубоком языке», как выяснилось уже в финскую войну, оно часто означает нападение.
___
Э. Радзинский. Сталин. М., 1997, стр. 486.

Речь здесь идет о военных приказах, в которых идеологические слова просто невозможны, о чем «старый работник Политуправления» генерал-полковник Волкогонов, конечно, знал. Теперь многие эти документы опубликованы. Вот, например, совершенно типичный военный приказ того времени, случайно взятая выдержка со словом оборона, попробуйте заменить его на слово нападение:

Оборону государственной границы организовать, руководствуясь следующими основными указаниями:

а) в основу обороны войск положить упорную оборону УРа [укрепленного района] и созданных по линии госграницы полевых укреплений, с использованием всех сил и возможностей для дальнейшего развития их. Обороне придать характер активных действий. Всякие попытки противника к прорыву обороны немедленно ликвидировать контратаками корпусных и армейских резервов;

б) особое внимание уделить противотанковой обороне. В случае прорыва фронта обороны крупными мотомехчастями противника борьбу с ними и их ликвидацию возьмет на себя командование округом. Задача армии — закрыть прорыв на фронте и не допустить вхождение в него мотопехоты и полевых войск противника;

в) особо ответственными направлениями на Вашем участке считать: Сувалки, Лида и Сувалки, Белосток;

г) при благоприятных условиях всем обороняющимся войскам и резервам армии быть готовым по моему приказу к нанесению стремительных ударов;

д) в случае наступления явно превосходных сил противника и невозможности удержать полевые укрепления по линии госграницы предельным рубежом отхода войск района прикрытия является передний край УРа, опираясь на который — контратаками уничтожать наступающего противника.

Даже отдельные прорвавшиеся части противника не допускать восточнее рубежа: р. Неман до Хоза, Шумковце, Ягниты, Бениовце, р. Сидра, Секерка, Романувка, Ходорувка, Микицин, Гоньондз.

В борьбе за предполье широко применять службу заграждения, порчу мостов и дорог…
___
- ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.248. Лл.36-54. Машинопись на бланке: "НКО СССР. Штаб Западного Особого Военного Округа". Исполнитель: зам. начальника штаба ЗапОВО генерал-майор Семенов. Указана рассылка. Подлинник, автограф.
- См. сборник документов: 1941 год. В 2-х книгах. М.: Международный фонд Демократия, 1998.

Не обратиться ли к принцу Эдди с нижайшей просьбой перевести это с «глубокого языка» на человеческий? Ну, кто же у нас еще переводчик с «глубокого языка»? Куда именно здесь предлагается наступать? В каком хоть направлении? Каким составом и так далее?

Должно быть, принц Эдди не знал, но психиатры-то знают, что «глубокий язык» иной раз используют душевнобольные… Перевести с их языка тоже бывает трудно, а иной раз и вовсе невозможно.

Любопытно, что в своих «архивных» изысканиях принц Эдди буквально уподобился суровому рассекателю льдов, тоже выдумывающему цитаты. Вот он сгущает тучи над черновиком Василевского:

Нет, подобная кропотливая работа руководителей Генштаба не могла делаться без ведома Хозяина [так принц Эдди называет Сталина, наверно у «охранников» с кухни научился]. Недаром, согласно Журналу регистрации посетителей Сталина вся троица — Жуков, Тимошенко и Василевский — побывала в те майские дни не раз (12, 19 и 24 мая) в кабинете Сталина.
___
Указ. соч., стр. 487.

Эта ложь рассчитана на малограмотного американского потребителя. Василевскому как заместителю начальника Оперативного управления Генштаба просто не по должности было посещать с докладами кабинет Сталина весной 1941 года: делать ему там было совершенно нечего, тем более если присутствовал начальник Генштаба Жуков, который и сам мог доложить Сталину любой оперативный вопрос. Ни в каком журнале фамилии Василевского нет и быть не может, это наглая ложь. Первую в 1941 году встречу со Сталиным уже во время войны Василевский описал в своих воспоминаниях:

Весь день я просидел, погрузившись в карты и бумаги. А глубокой ночью Борис Михайлович, вернувшись из Кремля, ознакомил меня с новым решением Ставки: я назначался начальником Оперативного управления и заместителем начальника Генштаба.

1 августа я приступил к исполнению этих обязанностей. Ставка и Генштаб помещались тогда на Кировской улице, откуда быстро и легко можно было во время бомбежки перебраться на станцию метро «Кировская», закрытую для пассажиров. От вагонной колеи ее зал отгородили и разделили на несколько частей. Важнейшими из них являлись помещения для И.В. Сталина, генштабистов и связистов.

Как-то очередная воздушная тревога застала меня во время переговоров с Юго-Западным фронтом как раз возле подземного телеграфа. Мне срочно потребовалось подняться наверх, чтобы захватить с собой некоторые документы. Возле лифта я встретил членов ГКО во главе с И.В. Сталиным. Поравнявшись со мной, Сталин, показывая на меня шедшему рядом с ним В.М. Молотову и улыбаясь, сказал:

— А, вот он где, все неприятности — от него,— а затем, здороваясь со мной, спросил: — Где же вы изволили все это время прятаться от нас? И куда вы идете, ведь объявлена воздушная тревога?

Я ответил, что работаю по-прежнему в Генеральном штабе и иду захватить необходимые материалы, после чего возвращусь…

Эта встреча произошла до моего назначения начальником Оперативного управления и заместителем начальника Генштаба. С февраля 1940 года до этой встречи я не имел возможности видеть И.В. Сталина.
___
А.М. Василевский. Дело всей жизни.

По поводу этого рассказа можно заметить, что Сталин крайне ценил Василевского — больше, пожалуй, чем кого-либо иного. В 1939 году Василевский был назначен заместителем начальника Оперативного управления Генштаба с присвоением ему первого генеральского звания комдив (генерал-майор), а в 1943 году он уже маршал. О такой головокружительной карьере даже мечтать дерзнет не всякий полковник.

Видим, стало быть, технологию лжи: берется неофициальный документ Генштаба (даже черновик) и объявляется матерью всех военных планов, а по поводу какого-то загадочного подлинника утверждается, что он «скорее всего, был уничтожен во время регулярных чисток архивов, ибо не должен был сохраниться документ, свидетельствующий о планах нападения СССР на Германию». Далее же автор черновика Василевский, сколь бы ни был он низок в звании и должности в то время (тогда он еще не маршал — генерал-майор, заместитель начальника Оперативного управления Генштаба), провозглашается чуть ли не ближайшим сотрудником Сталина на основании документов…

Умиляет и логика принца Эдди. Как вы думаете, что имел в виду маэстро под подлинником рукописного документа? Разве рукописный черновик не есть подлинник? Да, в принципе возможна рукописная копия, но неужели же маэстро полагал, что Василевский служил в Генштабе писарем? А как понимать выражение мэтра «не должен был сохраниться документ, свидетельствующий о планах нападения СССР на Германию»? Положим, он не должен был сохраниться, верю, но почему же тогда он сохранился, если не должен был? Понимает ли этот человек, какую чушь несет? Не пора ли уже наконец заглянуть к врачу? Документ этот был бы действительно агрессивным и сенсационным, если бы он был датирован, например, 1938 годом, но если наступательный план составлен с использованием данных разведки на 15 мая 1941 года… Это уже крайний срок, пора было действовать, и конечно, Василевский понимал, пора, пора «перешагнуть порог», как он обтекаемо и осторожно выразился в своих воспоминаниях, ибо если этого не сделать, будет хуже. Понимает ли Радзинский, что такое время? Имеет ли оно для него смысл? Ориентируется ли он в пространстве? Понимает ли, что к 15 мая 1941 года огромная фашистская армия уже была развернута вблизи наших границ? Знает ли он, что в мае Гитлер готов был начать агрессию? Неужели вслед за суровым покорителем льдов он решил, что попытка предотвратить страшную агрессию есть преступление? Ну, тогда к врачу надо записаться — благо, доллары имеются, сможет попасть к хорошему психиатру и даже к модному американскому «психоаналитику», который развеял бы шизофренические чары буревестника льдов…

Признаться, генералиссимус севера напоминает мне паровоз, который вхолостую пыхтит под парами, распространяя вонючий едкий дым. Куда же собрался он везти своих пассажиров? Понятное дело, поезд отправляется в далекую прекрасную даль, где очень любят правду и доллары. Вот появляется и принц Эдди в сопровождении группы поклонников, томно обмахиваясь платочком и распространяя запах дорогих французских духов. Занимает он отдельный спальный вагон. Поклонники украшают вагон праздничными лентами, цветами, портретами последнего царя и царицы, а также царевича, Распутина и Сталина. Разгоревшийся между ними спор, нужно ли добавить портрет Есенина, обрывает станционный оркестр, взорвавшийся прощальным маршем. Принц Эдди роняет скупую слезу расставания и театрально машет платочком провожающим… В добрый путь, друг, в добрый путь. Поклонники рыдают, протягивая к принцу руки, а пациенты психиатрической больницы № 1 имени доктора Живаго как по команде достают рогатки для прощального салюта… Прощай, друг, прощай. Угрюмо смотрят бойцы партизанского отряда имени гениальной работы товарища Сталина «Вопросы ленинизма», некоторые, поглядывая на растроганного принца, сплевывают сквозь зубы… Прощай, брат, прощай. В сторонке перешептывается группа хорошо одетых людей, двое из которых держат транспарант красного кумача, где крупными белыми буквами написано: «Дворянское собранiе СССРЪ». Прощай, родной, прощай. В толпе провожающих из министерства культуры, братства и всеобщей любви слышится дрожащий голос: «Какая потеря для русской литературы и театра! Без него литература мертва. Просто хочется кричать от горя и заламывать руки!»— «Смирительную рубаху!— грозно шепчет своим старший санитар.— Сейчас начнется!»— Нет, все уже кончилось, ничего уже больше не начнется. Прощай, любимый, прощай. Последним появляется невзрачный человечек с квадратными усиками, ласково треплет принца Эдди по щеке и благословляет его на дело мира; на портрет Сталина он косится с опаской. Наконец северный паровоз исторгает наиболее мощные клубы вонючего дыма и трогается в далекую прекрасную даль, где так любят правду, справедливость и… Прощай, дорогой наш акын, прощай. Бог даст, станешь ты в стороне любви хоть немного лучше и, может быть, немного умнее. «Нет,— качает головой старший санитар,— здесь даже припарки не помогут. Попомните мое слово».

Tags: 50-е, антисталинизм, архивы_источники_документы, берия, биографии и личности, версии и прогнозы, вопросы и ответы, воспоминания, госбезопасность и разведка, даты и праздники, заговоры и конспирология, идеология и власть, известные люди, книги и библиотеки, культ личности, ложь и правда, мифы и мистификации, мнения и аналитика, общество и население, память, писатели и поэты, политика и политики, правители, противостояние, пятая колонна, революции и перевороты, репрессии и цензура, русофобия и антисоветизм, секреты и тайны, смерти и жертвы, ссср, сталин и сталинизм, факты и свидетели, фальсификации и мошенничества, хроника, хрущев, эпохи
Subscribe

promo eto_fake март 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments