mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Categories:

СССР не рухнул — его предали в спину. #9/10, Грачёв

Ещё о 90-х и развале СССР, а также Фигуры неумолчания

Как предавали Россию. П.Грачёв
Поколению, пережившему девяностые, посвящается

Нам необходимо будет рассказать нашим детям и внукам о тех людях, которые разрушали и предавали нашу огромную страну, чтобы они их знали и так же, как мы, сумели ее сохранить. Необходимо, чтобы они знали каждого из них лично — как они жили, как воспитывались, во что верили, что ненавидели. Почему они такие. Нам необходимо рассказать об этих людях, чтобы наши дети и внуки умели таких распознавать. Вот мы и расскажем о них в цикле «Как предавали Россию»... ©

Ещё в цикле «Как предавали Россию»


Павел Грачёв, май 1993

«Хороший командир дивизии, так и не поднявшийся выше этого уровня», возглавил всю российскую армию.

Часть 1

За несколько месяцев до своей внезапной смерти бывший министр обороны Павел Грачев, руководитель группы советников генерального директора Омского производственного объединения «Радиозавод им. А. С. Попова», дал интервью Альфреду Коху и Петру Авену. От начала до конца получилось оно бравым, непреклонным и честным, каковым и должен быть в словах и делах своих российский офицер.

«Ну, я вывожу танк на этот мост каменный около “Украины”, сам подхожу к танку, сажаю как наводчика-оператора капитана, за механика-водителя — старшего лейтенанта, подхожу к танку, пули так цокают — цок, цок, цок, цок, — рассказывал Павел Сергеевич, к примеру, про расстрел Белого дома в 1993-м. — “На излете, — думаю, — не достанут”».

Так мультфильм и вспоминается: «Пули свистели у нас над головой!»

Жаль, но в жизни и карьере Павла Грачева далеко не все выходило так залихватски, как в том интервью. И если за некомпетентность экономистов и политиков мы платили какими-то как будто неявными потерями — крушением экономики, потерей ключевых предприятий, унижением на мировой арене, то за глупость и непрофессионализм министра обороны 1992–1996 годов заплачено напрямую самой страшной ценой — кровью солдат.

Хороший командир дивизии

Павел Грачев — прежде всего настоящий советский боевой офицер, из народа, честно и безо всяких уловок дослужившийся до командующего ВДВ. Родился он в 1948 году в деревне Рвы Тульской области, в самой простой семье. Отец Павла участвовал в войне артиллеристом, командиром минометного расчета, а после стал слесарем Косогорского металлургического завода. Мать была дояркой.

Путь Павла к должности самого главного десантника был крутым и коротким. Он с отличием окончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, в Афганистан попал уже майором и вернулся оттуда через пять лет и три месяца генерал-майором. «За выполнение боевых задач при минимальных людских потерях» Павел Сергеевич в 1988 году был удостоен звания Героя Советского Союза. В 1990 году, окончив Академию Генерального штаба Вооруженных Сил СССР, в 42 года стал самым молодым на тот момент командующим ВДВ.

В высшие сферы Грачев шагнул в 1991-м, во время ГКЧП, когда щедрая на подарки судьба свела его с Ельциным. Сначала Борис Николаевич предусмотрительно сам приехал с визитом в Тульскую дивизию ВДВ. Там они познакомились, выпили водки и поговорили. По части алкоголя, кстати, между Грачевым и Ельциным была абсолютная гармония в отношениях, не в пример другим. Кроме того, Борис Николаевич был первым руководителем такого ранга, доверительно обратившимся к генералу, и простому деревенскому парню это вскружило голову почище всякой водки.

В августовские дни Павлу Сергеевичу по приказу министра СССР пришлось вводить в Москву два десантных полка — якобы для охраны объектов в условиях чрезвычайного положения. Ельцин поддерживал с ним связь все эти дни, и в конце концов Грачев прислал к Белому дому, где находился Борис Николаевич, роту десантников под командованием генерала Лебедя.

Ждал ли он тогда, чья возьмет, и не подослал ли этих десантников на тот случай, если придется арестовывать Ельцина, — теперь уже никто не узнает. Так или иначе, бойцы вошли в само здание Белого дома и расположились в спортзале, так что арестовать первого президента России могли легко. Сам Грачев говорил, что приказ взять Ельцина у него был, но устный, а он потребовал письменного, что позволило затянуть время и дождаться момента, когда решимость ГКЧП окончательно улетучится.

Забыть такой услуги Ельцин не мог. После крушения Советского Союза Борис Николаевич настойчиво уговаривает его возглавить Минобороны и жалует ему, первому в России, звание генерала армии. Так, по словам другого министра обороны, Игоря Родионова, «хороший командир дивизии, так и не поднявшийся выше этого уровня» возглавил всю российскую армию.

Бегство победителей

Грачеву выпало собирать российскую армию из обломков советской. По его собственным словам, Вооруженные силы, дислоцировавшиеся на территории России, — это были войска второго стратегического эшелона. Они были хуже вооружены, слабее по части кадров. Лучшие войска, первого стратегического эшелона, которые должны встречать противника у границы — это Прибалтийский, Белорусский, Украинский, Закавказский округа, в этот момент оказались на территории независимых государств, которые в то время не были даже в составе СНГ. Необходимо было выводить их, вместе с оружием и имуществом, но задача эта оказалась непосильной для грачевского ведомства.

Сам министр поначалу твердо выступил против спешки, ссылаясь на то, что Россия пока не располагает ресурсами, необходимыми для решения социально-бытовых проблем военнослужащих и членов их семей. Для них не построено жилье, не подготовлены части для дислокации и прочая, и прочая.

Но, как это часто бывало у Грачева, выступив громко и твердо, он тут же вынужден был сдаться раз, потом другой, потом третий. Стоило Ельцину подписать с прибалтийскими республиками договор об ускоренном выводе частей Северо-Западной группы войск, как уже в 1994 году Россия вывела оттуда своих солдат и офицеров практически в чистое поле. 144-я мотострелковая дивизия раскинулась на пустырях под Ельней, а вытолканная из Европы 10-я танковая дивизия — в бескрайних черноземах Воронежской области, под Богучарами.

Генерал армии, прошедший Афган, как мальчишка терялся на паркете кремлевских кабинетов и на указание вывести войска в никуда, в снег, лишь козырнул. Сворачивание и переезд российских войск сопровождались массовыми потерями техники и вооружений, не говоря уже об оборудованных городках и ведомственном жилье. Оружие продавали куда только можно: на воюющие Балканы, на Кавказ, в Азию.

30 июля 1992 года начальник Генерального штаба Дубинин утвердил документ, согласно которому 943-й и 217-й артиллерийские полки должны были передислоцироваться из Армении в российский гарнизон Урюпинск. Однако буквально через несколько месяцев вскрылось, что обе части подчистую переданы армянским Вооруженным силам в соответствии с перечнем, утвержденным практически в то же самое время министром обороны Павлом Грачевым.

Самым позорным для страны выглядел вывод войск из Германии, который сильно напоминал бегство. Победители в Великой Отечественной войне, лучшие части бывшей Советской армии покидали Германию и в основном возвращались в никуда. Той боеготовности и таких условий для службы и жизни они больше не увидят никогда.

На церемонию досрочного вывода войск приехали и Ельцин с Грачевым. Приехав из аэропорта и расположившись в резиденции, президент и министр обороны принялись бороться с бессонницей. Обычно одиночество Ельцина скрашивал шеф охраны Коржаков, который знал, как наливать, чтобы не было плачевных последствий. Генерал армии же с каждой рюмкой, выпитой с главнокомандующим, как будто подрастал в звании еще на одну ступень, и разошлись они под утро.

На следующий день Ельцин был пьян с утра, дирижировал оркестром, ругался с фашистами и пел «Калинку». Так президент и министр обороны подвели черту под Второй мировой войной.


Январь 1993

Часть 2

Удивительно, как легко боевой генерал пошел на многочисленные человеческие жертвы, не пожелав жертвовать своими большими звездами. ©

Рапорты и парады

Вместе с самыми крупными звездами Ельцин возложил на плечи 43-летнего Грачева военную реформу. Совершив отчаянный прыжок во власть, сын доярки, боевой генерал должен был ввязаться в эту труднейшую переделку «с колес», без разведки местности. Тогда, в 1992-м, советская армия едва только развалилась, а российской еще не было. Маршала Шапошникова, последнего министра обороны СССР, выпихнули из здания на Арбате в марионеточный штаб Вооруженных сил СНГ. Четыре года спустя согласие стать министром Павел Сергеевич назвал самой большой своей ошибкой, а тогда, козырнув, взялся реформировать. Вечный оппонент Грачева генерал Лебедь однажды охарактеризовал эту ситуацию коротко и метко: «Запрыгнул на должность министра, как мартовский кот на забор». Генерал-полковник Громов высказался более сдержанно: «Трагедия Грачева в должности министра состояла в том, что он слишком рано оказался в ней».

Проблемы колоссального по масштабам переустройства армии, передислокации частей, перемещения имущества, острая нехватка материальных ресурсов совпали с периодом ничтожнейшего финансирования Вооруженных сил. Даже при желании дать много не могла страна с раненой экономикой, кромсаемой реформаторами и олигархами, но и желания такого не было.

Да и реформатором Грачев оказался еще тем. Отказавшись от услуг аналитиков Генштаба, он создал свое Управление военного строительства и реформ и поставил руководить им бывшего сокурсника по академии. Военные реформаторы начали принимать решения, оторванные от реальности и не обеспеченные никакими ресурсами, вроде перехода на контрактную армию к 2000 году. Даже озвученные на самом высоком уровне главнокомандующим Ельциным, эти планы воспринимались как тяжелый алкогольный бред и военными, и гражданскими.

Четыре грачевских года ушли на принятие бессильных решений, которые не могли остановить деградацию нищей, дезориентированной, освистанной армии. Раз за разом Грачев заявлял в прессе и на телевидении, что реформы идут бодро и успешно, а «армия боеготова и управляема». Руководитель Службы безопасности президента Коржаков по этому поводу как-то съязвил: «Лучше всего Павлу Сергеевичу удаются рапорты и парады».

Генералам, однако, было не до смеха. Грачев носился с идеей создания мобильных сил, в которые он намеревался передать, предварительно распилив, сократив и переподчинив округам, свои родные десантные войска, остававшиеся на тот момент в более или менее надлежащей форме. Остановить этот процесс, после многочисленных выступлений десантников, от рядовых до генералов, после обращения патриарха Алексия II с просьбой сохранить элитные войска, удалось уже при Игоре Родионове.

Пентагон в те годы с удовлетворением констатировал: «России не удалось создать армию как единый и целостный организм».

В 1994 году Грачев на заседании Совета безопасности жаловался: «Из-за резкого снижения натренированности летного состава могут быть подняты в воздух только 50% самолетов днем и 30% ночью… На 53 аэродромах ВВС (всего 99) полностью отсутствует авиатопливо текущего довольствия… На 17 аэродромах уже израсходовано свыше 50% топлива из неприкосновенного запаса».

В 1995 году министр с главнокомандующим дореформировались до того, что контрактников, набранных на должности водителей, кладовщиков и телефонистов для показухи, пришлось сокращать из-за безденежья с 267 до 100 тыс.

Летом 1995 года начальник Центрального продовольственного управления МО генерал-полковник В. Савинов подал министру обороны России докладную о большой вероятности наступления голода в войсках, если правительство срочно не выделит денег на питание.

Однако ропот в войсках, вызванный прямым и неприкрытым развалом Вооруженных сил страны, ушей главнокомандующего не достигал. Сказывалась личная нежнейшая преданность Грачева Ельцину: министр берег свои самые большие звезды и не встал перед ним грудью за своих солдат, как должен был. Президент стал более или менее осознавать, какова атмосфера в армии, лишь после высказываний других генералов: главкома Сухопутных войск Семенова, Бориса Громова, Александра Лебедя.

Наконец, летом 1996-го, за месяц до отставки, в интервью журналу «Огонек» Грачев сказал: «Реформа — в тупике». Но чтобы понять со всей трезвостью, насколько армия «боеготова и управляема», понадобилась война в Чечне с потерями в десятки тысяч солдат и офицеров.

Преданная армия

Разрушив Советский Союз в 1991-м, реформаторы в последующие 5–8 лет вплотную подошли к развалу России. Первыми претендентами на выход стали Татарстан, Башкирия и Чечня. И если с Шаймиевым и Рахимовым встречались и договаривались, то вокруг фигуры Дудаева велись циничные игры, прямым путем ведшие к войне.

В книге «Генштаб без тайн» бывший эксперт-советник начальника Генштаба Виктор Баранец пишет о том, что вооружение чеченской армии началось еще при маршале Шапошникове, в сентябре 1991 года, когда резко возросло число конфликтов между российскими офицерами и руководителями чеченских вооруженных формирований, стремившихся захватить армейские арсеналы на территории республики.

«5 октября 1991 года. Дудаевцы ворвались в здание КГБ Чечено-Ингушской Республики и похитили 2000 единиц стрелкового оружия, более 20 миллионов боеприпасов к нему. К концу того же месяца число стволов в дудаевских вооруженных формированиях достигло 3000 единиц. Плюс — 10 единиц бронетанковой и 30 — автомобильной техники.

12 ноября 1991 года. Дудаевцы захватили базу 382-го авиационного полка и аэродром Ханкала вместе с базировавшимися там 260 самолетами.

26 ноября 1991 года. Дудаев на встрече с руководством Грозненского гарнизона объявил о своем решении создать на базе дислоцированных в ЧР советских дивизий 2 чеченские. Уже на следующий день он издал указ о национализации оружия и боевой техники, находившихся на территории ЧР».

В феврале 1992 года, в самый канун назначения Грачева, нападения на российские военные части в Чечне приобрели массовый характер. Тогда грабежу подвергся 173-й окружной учебный центр. Офицеры отказались выполнить ультиматум, поставленный чеченцами, однако головорезы окружили наши части и взяли их под прицел, пригрозив, что в случае сопротивления «никого не будут жалеть, в том числе и детей».

Командование Северо-Кавказского военного округа, поняв, что дело принимает крутой оборот, 29 ноября 1991 года направило министру обороны СССР Е. Шапошникову шифровку с предложением срочно спасать в Чечне то оружие, которое еще можно спасти от захватов и «национализации», объявленной указом Дудаева.

Шапошников отправил на Кавказ Грачева, который должен был усилить федеральную группировку в Чечне переброской туда десантников. Чтобы избежать военных столкновений, Шапошников еще раз связался с Дудаевым и объяснил ему, зачем в республику командированы десантники. Дудаев возмутился наглости экстремистов и заверил, что впредь «с головы русских не упадет даже волос». После этого ненадолго обстановка успокоилась, и десантники в Чечню не пошли.

Однако лживая политика Кремля в Чечне давала обратные результаты. Не желая принимать Дудаева, в Москве тем не менее обращались к нему за помощью, и мятежный генерал платил той же монетой: лгал, успокаивал и вооружался.

В конце концов, Павел Грачев встретился с Дудаевым в Грозном, и они, как считал Шапошников, пришли к компромиссу. Два генерала решили поделить «по-честному» оружие и технику — напополам. После этого Ельцин принял решение о выводе войск из Чечни. Отступая, федералы не смогли реализовать договоренность о разделе оружия с чеченцами поровну: около 70% его уже было захвачено.

С выводом войск остановить катастрофическое укрепление сепаратистов в Чечне было уже невозможно. К началу военных действий, в декабре 1994 года, армия Дудаева насчитывала около 15 тыс. «регулярных» бойцов и такое же количество в резерве. Они были вооружены 40 тыс. единиц стрелкового оружия, сотней танков и 120 бронемашинами, более 170 гранатометами и примерно таким же количеством артиллерийских орудий и минометов различного калибра. Еще у чеченцев было 35 установок «Град» и больше сотни самолетов.

Дальнейшие события в Чечне хорошо известны. Пообещавший Ельцину навести порядок в республике за семьдесят два часа силами одного 350-го полка 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, Грачев лично руководил операцией в декабре 1994 — январе 1995 года из штаба в Моздоке. Подготовленная за две недели и переданная чеченским боевикам до последней буквы операция обернулась катастрофическим разгромом, больше похожим на спланированную операцию по дискредитации армии.

Умение достигать поставленных задач ценой минимальных людских потерь в этой войне изменило генералу Грачеву. Число убитых российских солдат и офицеров до сих пор точно не установлено, но, по некоторым данным, оно составляет как минимум 15 тыс. человек. Шельмование армии со стороны либералов, СМИ, Запада приняло невиданные масштабы. Сидя в ставке Джохара Дудаева среди боевиков, депутат и правозащитник Сергей Ковалев по рации предлагал российским танкистам сдаваться в плен. Принадлежащие олигархам центральные телеканалы, захлебываясь от ярости, демонстрировали разбитые в пух и прах федеральные силы и сражающихся до последней капли крови мужественных защитников родной земли — чеченцев. Опекаемые Березовским журналисты вроде Невзорова снимали кровавые кинофильмы типа «Чистилища», называя это правдой о войне.

И наконец, когда раз за разом предаваемые политиками генералы загнали бандитов в угол, захлебываясь в крови, подмяли под себя обессиленную Чечню, Кремль выпустил на сцену Березовского и Лебедя, давно обиженного на Грачева за свою отставку. Подписав с головорезами Хасавюртовский мир, он, должно быть, по-своему отомстил бывшему командиру, но заодно предал армию и заложил для всей страны сценарии новой войны, новых терактов и жертв на десятилетия вперед.

Оболганная, оплеванная и преданная армия, зареформированная Грачевым, втянутая в войну и брошенная, до сих пор не избавилась от повешенного на нее в те годы образа фабрики по переработке людей в мясо. Тысячи героев той войны и простых тонкошеих мальчишек, участвовавших в ней, были, как у классика, прокляты и убиты. Тем не менее, несмотря на предательство политиков и командования, она сделала свое дело, написав на своих танках «Пусть она и не права, но она Родина моя».

До конца дней своих Грачев будет уверять, что он изо всех сил пытался предотвратить войну, которую затевали Черномырдин и другие. Если это и так, то удивительно, как легко боевой генерал пошел на такие многочисленные человеческие жертвы, не пожелав жертвовать своими большими звездами, и почему он потом не помыслил о табельном оружии. Рассуждая о том, кто хуже — дурак или предатель, приходится констатировать, что Грачев скорее все же входил в число первых при власти, в которой преобладали вторые.

Дмитрий Трунов
«Русская планета», 3-4 декабря 2012
Tags: 90-е, армия, биографии и личности, версии и прогнозы, военные, войны и конфликты, воспоминания, гкчп, ельцин, заговоры и конспирология, идеология и власть, известные люди, информационные войны, история, кавказ и севкав, либероиды и креаклы, министерства, минобороны, мнения и аналитика, нравы и мораль, общество и население, опровержения и разоблачения, память, политика и политики, правители, предательство, преступления и наказания, пятая колонна, развал страны, разруха, революции и перевороты, регионы, реформы и модернизация, россия, сепаратизм, смерти и жертвы, современность, ссср, факты и свидетели, чечня, эпохи
Subscribe
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям 2leep.com
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments