?

Log in

No account? Create an account
 
 
29 Июль 2015 @ 04:34
Азербайджанские мифы о Карабахе #14/15, Ч.1/2  
Ещё по теме Армении и Азербайджана

Большевики в Турции и Закавказье: "Изменил нам Кемаль или нет"?
Станислав Тарасов. Цикл 2011 года «Азербайджанские мифы о Карабахе»

В связи с вспыхнувшей полемикой вокруг статьи "За что Баку атакует московского корреспондента Washington Post" ИА REGNUM публикует четырнадцатый очерк из авторской серии Станислава Тарасова "Азербайджанские мифы о Карабахе". ©

Другие части серии


Мустафа Кемаль, первый президент республики Турция, 1931, коллаж

В предыдущем очерке отмечалось, что осенью 1921 года на основе Московского договора был подписан четырехсторонний Карсский договор между Турцией, Арменией, Азербайджаном и Грузией, с участием РСФСР. Кстати, недавно известный российский тюрколог Михаил Серафимович Мейер на одном из информационных порталов заметил по этому поводу следующее: "Этот договор представлял собой результат взаимных уступок. В договоре видны следы поспешности, особенно в определении статуса Нахичеванской области по турецкому варианту. Однако в российском варианте признавалось покровительство Азербайджана над этой автономной областью". Напомним, что буквально пятая статья Карсского договора звучит так: "Правительство Турции и Правительство Советской Армении и Азербейджана соглашаются, что Нахичеванская область в границах, определенных в приложении 3 настоящего договора, образует автономную территорию под покровительством Азербейджана". Как видим, М.С Мейер поставил еще одну, практически не изученную проблему: наличие разных версий - русской и турецкой - текста этого документа.

К сожалению, упомянутый турецкий вариант договора нам не удалось обнаружить ни в архивах России, ни в Турции, а находящийся в нашем распоряжении турецкий текст Карсского договора идентичен опубликованному русскому варианту. Отметим в этой связи и следующее обстоятельство: третья статья Московского договора 16 марта 1921 года определяла статус Нахичевани как переход "под протекторат Азербайджана, без права передачи третьей стороне", в то время как в Карсском договоре - как успел заметить читатель - такая оговорка отсутствует.

Под так называемой "третьей стороной" многие подразумевают Армению. Однако одни исследователи считают, что речь шла об Иране, который к осени 1921 года не скрывал своего беспокойства по поводу перспективы появления государства Азербайджан, включающего часть территории и Северного Ирана с почти 20-миллионным тюркоязычным населением. Другие уверяют, что в планы Мустафы Кемаля входило объединение под покровительством Ангоры "тюрок Азербайджана и Ирана" с целью выхода к энергоресурсам Каспия и Персидского залива, взамен утерянных в период распада Османской империи.

В противовес этому у большевиков существовал проект воссоздания на территории Ирана и Закавказья государственности талышей и курдов под покровительством Тегерана. Однако по этому поводу в нашем распоряжении имеется нота персидского консула в Баку Сейдольф-Заре наркоминделу Азербайджанской ССР от 23 июля 1921 года: "По полученным сведениям, подтвержденным кругами АССР, советские войска оставили пределы Персии и эвакуировались полностью в Баку, за исключением незначительного количества, около 150 человек, которые, надо полагать, ожидают ближайшего транспорта. Исходя из положения, что с эвакуацией территории Персии устраняются все возможности взаимных недоразумений в будущем, выражаю свою искреннюю радость закреплению дружественных отношений между РСФСР и АССР, с одной стороны, и с Персией - с другой" (Известия. № 163 от 27 июня 1921). Так что большевики в силу разных причин решили отказаться от задуманных широких геополитических преобразований. Но и у Мустафы Кемаля на этом направлении тоже ничего не получилось.

Наконец, существует версия, что Карсский договор 1921 года, в "силу логики идущих тогда в Закавказье и на Ближнем Востоке сложных политических процессов должен был обязательно иметь секретные статьи". Одна из них якобы оговаривала сроки действия Карского договора - 25 лет. Таких документов в архивах нами не обнаружено.

Теперь мы продолжим публикацию документов, характеризующих взаимоотношения между большевиками и кемалистами уже после Карсского договора 1921 года. На наш взгляд, они вскрывают многие малоизвестные проблемы геополитического и регионального характера, без понимания которых сложно исследовать генезис карабахского конфликта.

Посол Великобритании Г. Румбольд в Константинополе в МИД страны: "15 октября 1921 г. Руководители трех армянских благотворительных комитетов посетили меня сегодня, чтобы выразить опасения относительно будущего 150 000 армян Киликии. Они имели встречи с французским верховным комиссаром, который признал в беседе, что предусматривается уход Франции из Киликии и что на этот счет ведутся переговоры с правительством Ангоры. Он поставит свое правительство в известность о тревогах армян и об их надежде на то, что соглашение между Францией и кемалистами будет содержать условие, предусматривающее защиту христианских меньшинств. Но посол не смог дать им определенного обещания. Они заявили, что надеются, что уход Франции из Киликии может задержаться, или что какой-то временный режим может быть установлен там под эгидой союзников, пока не будет создан национальный Очаг для армян, предусматриваемый Лигой Наций. После перемирия армяне были репатриированы в Киликию британскими властями из Сирии и Египта, когда британские войска все еще находились там. Если в свою очередь французские войска покинут Киликию, то у армян не может быть никакой веры в обещания турецких националистов ввиду недавней резни в Марсеване и в других местах. Эмиграция столь большого числа людей в какое-то неизвестное место сопряжена с неразрешимыми трудностями и сейчас армяне призывают союзные правительства не оставлять их на произвол судьбы. Я сказал им, что правительство Его Величества не было информировано о переговорах между французами и правительством Ангоры, и что нам очень трудно вмешаться в это дело. Но нельзя признать, что французское правительство предложило оставить армян Киликии на милость националистов, не предусмотрев надлежащее условие, гарантирующее их безопасность. Прежде чем покинуть меня, они вручили копию письма, которое они направили французскому верховному комиссару и которое я перешлю Вам с очередной королевской почтой" (Armenia. Political and Ethnic Boundaries. 1878-1948. Anita L.P. Burdett (ed.). Archive Editions, 1998. P. 849-850).

С. Нацаренус Г. Чичерину: "16 октября 1921 г... В отношении России турки приняли обязательство "не препятствовать" восстановлению в Закавказье бывших правительств закавказских республик. Французы выставили было открытое требование аннулирования Московского договора, однако оно было отвергнуто турками; тогда французами было указано, что турки обязуются искать поводов к разрыву договора, формально оставляя его в силе. В этой последней формулировке требование французов было принято... Общая линия по отношению к России, принимаемая Турцией по договору с Францией, ясна: это ставка на разрыв с Советской Россией... Для меня ясно лишь, что ликвидировать опасность... мы можем тремя путями:

1. Воздействовать на Англию хотя бы ценой известных уступок в целях признания ею франко-турецкого соглашения...

2. Воздействовать на Турцию ценой новых уступок. Этот путь представляет известные затруднения ввиду нашего экономического положения и опасности разогреть турецкие аппетиты.

3. Воздействовать на Турцию путем некоторых решительных шагов с нашей стороны. Такими шагами могли бы явиться наша военная диверсия в Закавказье и наше активное вмешательство во внутреннее положение Курдистана. Опасность, которую представляет этот путь, - это возможность дать туркам на выигрышном для них основании разорвать Московский договор и пытаться компрометировать нас в глазах западно-европейских народных масс. Поведение турок на Карсской конференции также подтверждает, что линия, намеченная франко-турецким соглашением в отношении России, уже проводится турками. Меня сильно беспокоит то, что М. Кемаль имеет подробные сведения об Энвере, рисующее выходящее из обычных рамок отношение к нему наших работников на Кавказе. Приют, оказываемый Гюльцманом Энверу (М. Кемалю известно даже, что Энвер живет под фамилией Багирова), помощь Гюльцмана в сношениях Энвера с Анатолией, самый приезд Энвера в Батум в достаточно яркий политический момент, его намерение пробраться в Анатолию - все это может подлить масла в тот огонь, который сейчас угрожает русско-турецким отношениям... Мое общее впечатление от событий последнего времени таково: русско-турецкие отношения, а вместе с ними и все наше дело на Востоке находятся в большой опасности. Момент гораздо более серьезный, нежели в период Лондонской конференции. Необходимо пытаться поправить то, что можно, быстрыми и решительными мерами. Со дня на день с нетерпением ожидаю Ваших указаний. С коммунистическим приветом, С. Нацаренус" (АВПР. ф. 04. оп. 39. п. 232. д. 52992. лл. 37-37 об, 39 об.).

Г. Чичерин в Политбюро ЦК РКП(б): "17 октября 1921 г. В шифровке за № 1058 Нацаренус просит указать линию поведения в связи с французскими предложениями Кемалю о соглашении, между прочим, направленном против нас. Из телеграмм, на которые он ссылается, нами получена только одна, в которой сообщается о его разговорах с Кемалем, категорически якобы отклонившим всякие статьи, направленные против Советской России. Нацаренус, тем не менее, дал понять Кемалю, что принятие Турцией соглашения, имеющего статьи против нас, заставит нас принять меры, чтобы Англия не признала этого соглашения, и что мы, кроме того, вынуждены будем произвести большие маневры на Кавказе, сосредоточив свои силы на наиболее стратегически выгодных позициях, а также вернуть Греции ее военнопленных граждан, которых мы теперь задерживаем в России. Он говорит, что это есть лишь полуактивная позиция, так как без указаний от нас он не может сделать больше. Коллегии НКИД кажется, что этими угрозами можно ограничиться. Грозить чем-либо более крупным было бы не действенно, так как произвело бы впечатление блефа. Тов. Мдивани подтверждает чрезвычайную силу симпатии к нам в широких кругах турецкого населения. Удачи турецких армий население приписывает нашему оружию. Эти массовые настроения являются для нас гораздо более могущественным рычагом для воздействия на Турцию, чем какие-нибудь физические меры воздействия. На нашей стороне также энверисты. Нацаренус дал понять энверистам, не признающим такого рода соглашения, что в этом вопросе мы с ними идем вместе. Нам кажется, что Нацаренусу следует подтвердить правильность его действий и что дальше идти не следует. Если бы вопреки уверениям Кемаля такое соглашение состоялось, пришлось бы, конечно, произвести демонстрацию в виде упомянутых Нацаренусом маневров на Кавказе. По этому поводу надо специально сговориться с Львом Давидовичем. Как раз Буденный заканчивает свою деятельность по искоренению бандитизма, и его передвижение на Кавказ произвело бы чрезвычайно сильное впечатление на турецких правителей. Конечно, это пришлось бы сделать только в случае измены турецкого правительства нам. Тов. Нариманов подтверждает, что поведение турок во время их последнего наступления вызвало ненависть против них даже среди мусульманского населения, например в Нахичеванском округе. Любопытно, что как раз на днях Агентство Рейтер поместило чуть ли не во всей западной прессе телеграмму о восстании мусульман в Баку под лозунгом "независимость или смерть" и об их обстреле российским флотом. Это чистейшая утка, и, по словам тов. Нариманова, положение советской власти в Азербайджане теперь вполне устойчиво. Появление такой утки напоминает предыдущие лансирования уток, например, по поводу Кронштадта. Вероятно, этим хотят подготовить дипломатическую кампанию по отношению к кемалистам. В действительности, однако, такого рода тенденции в настоящее время не имеют почвы на Кавказе. Предлагаем Политбюро принять постановление о том, чтобы известить Нацаренуса, что мы подтверждаем его действия и находим их достаточными. Наркоминдел.

Пометка рукою В.И. Ленина: "Членам Политбюро. Предлагаю, с своей стороны, согласиться с Чичериным. 18/Х. Ленин". Подписи: "Троцкий, Сталин, Каменев, В. Михайлов" (РГАСПИ. ф. 2. оп. 1. д. 25721. лл. 1-2).

Я. Ганецкий Г. Чичерину: "17 октября 1921 г... Поскольку я имел возможность узнать турок, думаю, Ваше решение вполне правильно. Всякие поблажки, уступки и помощь с нашей стороны они считают нашей обязанностью и нагло требуют еще большего, когда же мы выступаем с самым скромным предложением, они моментально отвергают, разъясняя, что это в Турции произведет плохое впечатление. Ганецкий" (РГАСПИ. ф. 298. оп. I. д. 108. лл. 36-37).

И. Сталин Г. Чичерину: "17 октября 1921 г. Т. Чичерин! Мы взяли на себя "грех", позволив Энверу интриговать против Кемаля и на минутку "предав" последнего. Ныне представляется случай ("греческие зверства") загладить вину и поправить положение, показав вместе с тем всему т.н. Востоку, что Турция обязана своими победами России (несомненно, Восток так именно и поймет наше выступление против зверств, и не только Восток...). Предлагаю не упускать случая (благоприятного во всех смыслах) и сделать выступление. Официальные стороны такого выступления ("пристрастье" и пр.) будут втройне погашены и перевешены громадным плюсом в пользу Советской России. С коммунистическим приветом. Сталин" (РГАСПИ. ф. 558. оп. 11. д. 824. лл. 16-17).

Г. Чичерин В. Ленину: "26 октября 1921 г. Многоуважаемый Владимир Ильич! Сильно искаженная шифровка тов. Нацаренуса от 3-го октября сообщает, что между Кемалем и Францией якобы заключено секретное соглашение, в котором, между прочим, Кемаль обязался поддерживать прежние кавказские правительства. Решения Меджлиса в этот момент еще не было, и мы его еще не знаем. Мне кажется все-таки своевременным, хотя мы еще не знаем решения Меджлиса, приостановить передачу туркам того оружия, которое значилось в списке в момент заключения договора и еще не успело быть переданным. Миллион сто тысяч рублей золотом Ганецким не были переданы, потому что соглашение о Чорохе было по формальным поводам турками отсрочено. В целом ряде депеш и в устных заявлениях Али-Фуада кемалисты подготовляли нас к тому, что, если они от нас не получат минимальной суммы денег для их необходимейших расходов, им не останется ничего другого, как пойти на соглашение с Антантой. Своим катастрофическим финансовым положением они приперты к стене. Сам Кемаль говорил, что это будет только передышка. Действительно, национальные движения мусульманских народов настолько сильны, что обязательство кемалистов прекратить поддержку этих движений не может фактически долго оставаться в силе. В шифровке, очевидно, ошибка: сказано, что турки приняли обязательство вести агитацию против Англии в Месопотамии, но из контекста ясно, что должно быть сказано "не вести агитацию". Исторический процесс лежит в направлении дальнейшей национальной борьбы против империализма, так что соглашение кемалистов может быть лишь минутным эпизодом. Надо, однако, внимательно рассмотреть, какие для нас возникнут ввиду этого опасности. По формуле секретного соглашения, переданной Нацаренусом, турки обязаны искать поводов к разрыву договора с нами, формально оставляя его в силе. Если мы не передадим остального золота и остатка оружия, значившегося в старом списке, это будет поводом для разрыва. Но не можем же мы, если Меджлис примет соглашение, продолжать давать Кемалю золото и оружие. Вести против нас открытую войну Кемаль не может, да и не захочет, так как это уничтожило бы всю его популярность. Но он может создавать нам на Кавказе неприятности, посылать банды и поддерживать деньгами антисоветские элементы, как это делало грузинское правительство до советизации. С коммунистическим приветом, Г. Чичерин". (РГАСПИ. ф. 558. оп. 11. д. 338. лл. 2-3).

Г. Чичерин послу ВНС Турции Али Фуаду: "27 октября 1921 г. Господин Посол, В ответ на Ваше письмо 1040 от 26 октября могу удостоверить Вас, что наши переговоры с Италией и с Румынией не имеют никакого отношения к нашей восточной политике. Наоборот, сообщения из западной прессы делают для нас несомненным, что соглашение очень большого значения заключено между Турцией и нашим главным врагом Францией. Французская пресса в этом отношении полна намеков, которые заставляют нас серьезно опасаться о перемене турецкой политики по отношению к России. Известие об отставке Юсуфа Кемаля как комиссара иностранных дел заставляет нас опасаться, что от политики, которую он представлял, и которая нашла свое воплощение в Московском договоре, Турецкое правительство собирается в настоящее время отказаться" (АВПР. ф. 132. оп. 4. п. 4. д. 2. л. 101).

Г. Чичерин И. Сталину: "28 октября 1921 г. Уважаемый товарищ, Вы, вероятно, заметили шифровку тов. Леграна о том, что кавказские учреждения ведут свою собственную политику и что, между прочим, Реввоенсовет Кавказского фронта приказал занять пограничные деревни, занятые Турцией, не дожидаясь никакой согласительной комиссии. Можно различно оценивать целесообразность такого решения, но, во всяком случае, его нельзя было принимать без Центра, ибо это есть фактическое серьезное столкновение с Турцией. Политбюро уже принимало решения о том, что кавказские республики должны в своей внешней политике проводить директивы из Москвы, и об этом неоднократно сообщалось на Кавказ. Я не знаю, что еще можно сделать, чтобы устранить в данном случае параллелизм, разнобой и несогласованность. Имеет ли смысл проводить еще через Политбюро решения, подобные прежним, или той же цели можно достигнуть путем личного влияния при помощи тов. Серго? С коммунистическим приветом, Чичерин" (РГАСПИ. ф. 5. оп. 2. д. 315. л. 213).

Г. Орджоникидзе Г. Чичерину: "30 октября 1921 г. Помета: "Совершенно секретно". Прибыло оборудование для патронного завода, предназначенного для передачи Турецкому правительству. Из Украины получен наряд на 500 артиллерийских лошадей, также для передачи туркам. Ввиду изменившегося положения, в связи с заключением турками договора с французами, прошу указаний, следует ли передавать, или пока отложить. Орджоникидзе" (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 2171. л. 22).

Г. Чичерин С. Нацаренусу: "1 ноября 1921 г. Ваши шифровки за октябрь в конце концов не разрешили для нас вопроса, изменил Кемаль или нет? Вначале Вы сообщали, что достоверно знаете о принятии Кемалем французских секретных пунктов с обязательством при первом удобном случае разорвать с нами и поддерживать контрреволюционные кавказские правительства. Позднее Вы сообщали, что секретные пункты не были приняты Кемалем, что это подтверждается Вашими секретными сведениями. Вы нам сообщили о тех угрозах, с которыми Вы обращались к турецкому правительству на случай, если они примут что-либо направленное против нас. Между прочим, кемалисты гораздо меньше думают о панисламистских и пантюркистских планах, чем энверисты... Мы тогда решили соблюдать все аппарансы, как будто ничего не случилось, не показывать туркам вида, по-прежнему проводить линию дружелюбия и все наши заявления, публичные или направленные туркам, составлять в прежнем тоне. Кое-что мы фактически в тот момент приостановили, но эти приостановки бывали и раньше по случайным внешним причинам. Это было в тот момент, когда по Вашим сведениям оказывалось, что секретные пункты приняты, но что Кемаль это отрицает... Однако у меня сомнение, вполне ли достоверны Ваши секретные сведения, нет ли тут мистификации? Французская печать что-то уже радуется, и Франция стала что-то уж очень поддерживать Кемаля. Не могу избавиться от опасения, не приняты ли все-таки секретные пункты, может быть даже втайне от Ваших секретных источников. Я уже писал Вам, что мы к этому относимся хладнокровно, потому что вся линия развития идет в направлении борьбы турок против Запада. Допотопные элементы в Турции должны стремиться к примирению с Западом, потому что мечтают по-прежнему сосать Запад и наживаться на западных дипломатах. Но это не есть линия развития, ибо турецкая буржуазная масса уже перешагнула через это. Мы уверены, что это было бы только передышкой. Как я писал Вам, наша политика рассчитана на целый длительный период. С коммунистическим приветом, Чичерин" (АВПР. ф. 04. оп. 39. п. 232. д. 52994. лл. 41-43).

Из доклада Гдалия Гельбраса В.Ленину: "12 ноября 1921 г. Вы, конечно, хорошо информированы о бакинском съезде перскоммунистов. Нариманову, видимо, удалось испечь нигде не виданный винегрет: подкупленные представители, подтасованные резолюции наряду с избиением "протестантов" довершают невиданную картину самозванного съезда. Большего компрометирования Советской власти, нашего представительства в Персии и идей коммунизма представить нельзя. Сейчас приехали представители новоиспеченного ЦК в Тавриз.

Подготовляется областная конференция в Нахкрае для выбора Азобкома. Рассылаются агенты по всем округам за представителями на эту конференцию. Снова начинается провокационная работа наших уважаемых бакинцев. И я глубоко уверен, что все безобразия, творимые Баку, будут использованы нашими врагами непосредственно против нашего представительства в Персии. Надо во что бы то ни стало не допускать этой конференции в Нахкрае...

3. Я Вам сообщал, что Нахкрай представляет собой советское недоразумение. В ревкоме Нахкрая 1 или 2 коммуниста, остальные - беспартийные. Трудно представить себе те ужасающие безобразия, которые творятся в крае. Начиная от убийства людей, переправляющихся через Аракс в целях грабежа, и кончая отсутствием какого бы то ни было порядка и законности в стране. Я уверен, что Москва, создав эту республику, - она служит как бы мостом между Баку и Ангорой - не знает того, что творится в крае. Не считали бы Вы целесообразным образование из Тифлиса специальной комиссии по указанию Москвы для расследования общего положения в Нахкрае? А пропо - следует отметить, что т. Легран не пользуется никаким влиянием в Закавказских республиках, иначе многие недочеты были бы, несомненно, устранены.Крепко жму Вашу руку. Гдалий Гельбрас" (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 2125. лл. 3-4).

Г. Чичерин В.Ленину: "12 ноября 1921 г. Многоуважаемый Владимир Ильич, сегодня Годжсон вручил мне ответную английскую ноту на наш ответ по поводу мнимых нарушений нами договора. В общем довольно слабая полемика, как будто английское правительство хочет спасти лицо. Голословно утверждается, что оно не берет назад ни одного слова из своей первой ноты. Весьма категорично заявляется, что мы ответственны за действия Коминтерна. Вообще, когда мы хотим сделать что-нибудь противоречащее нормальным правовым понятиям, мы, дескать, создаем для этого какую-нибудь мнимую независимую власть (нападения на Бухару, Персию, Армению и Грузию). Приписанная Вам речь Вами действительно, дескать, произнесена, только не 5 июня, а 5 июля. Сидение Нуортевы в тюрьме не мешает ему писать доклады Коминтерну. Подтверждено, что Сталин заведует восточной пропагандой. Их доклады являются подлинными. Индийские революционеры часто бывают в Москве на совещаниях о том, как вызывать революцию в Индии. Расходы Ротштейна на пропаганду в Тегеране общеизвестны. Если он не создал революционного комитета в Тегеране, он выдвинул мысль о его создании, и Чичерин эту мысль одобрил. Так наз. агитационные поезда регулярно направляются на Восток и пропагандистская литература печатается на всех восточных языках. Поведение Нацаренуса в Ангоре достаточно известно, получение оружия из России Турцией было подтверждено многими свидетелями. В Афганистане оказание нами помощи Джемалю паше известно английскому правительству. Все это кончается тем, что Англия строго сообразовала свою политику с торговым договором и настаивает на такой же лояльности со стороны Советского правительства. Будем продолжать полемику, это предоставляет даже известную выгоду. С коммунистическим приветом, Георгий Чичерин" (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 2060. л. 4).

 
 
 
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 5
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям 2leep.com