mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Categories:

Нетитульное население Татарстана смирилось со своим положением (?)

Ещё по теме Татарстана

«Русские в Татарстане превращаются в национальное меньшинство»
Раис Сулейманов об исламском радикализме и русском вопросе в национальных республиках

О ситуации с исламским радикализмом, изучением русского языка и этническом дисбалансе в кадровых вопросах в Татарстане «Русской планете» рассказал известный казанский политолог и религиовед, эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов. ©



Раис Сулейманов

— После всплеска радикального исламизма, пик которого пришелся на 2011–2013 годы (достаточно вспомнить убийство экстремистами заместителя муфтия РТ Валиуллы Якупова или обстрел самодельными ракетами нижнекамского нефтехимического завода), ситуация в мусульманском сообществе Татарстана, кажется, стабилизировалась. Или это обманчивое впечатление и проблема просто «загоняется в подполье»?

— Здесь сыграло роль несколько факторов. Первый — появление «Исламского халифата» на Ближнем Востоке, куда в 2013–2014 годах уехала основная группа наиболее радикальных исламистов из России, в том числе и из Поволжья. По моим оценкам (точных цифр, естественно, никто не озвучивает), из Татарстана туда направилось до сотни человек, если не больше. Отсюда и падение террористической активности в последние два года.

Второй фактор — это изменение тактики поведения самих ваххабитов, которые стали активно маскироваться под представителей традиционного ислама. Правда, от этого их идеологические убеждения никуда не делись.

Третий фактор — внутренняя политика региональных властей. Они заинтересованы в том, чтобы федеральный центр видел Татарстан исключительно как «центр толерантности и межрелигиозного рая». Вместо курса на полное искоренение проблемы исламского радикализма казанские власти предпочли пойти по пути интеграции исламистов в мусульманские духовные структуры, наивно полагая, что так они станут более «ручными», управляемыми, успокоятся и поменяют свои убеждения.

Поэтому я склонен считать, что проблема не решается по существу, ее загоняют в подполье. Со стороны кажется, что проблема религиозного терроризма для Татарстана осталось в прошлом. Пока это действительно так. Но новейшая история республики полна примерами, когда после всплеска терроризма наступал временный спад, а затем все повторялось снова, чего, конечно, очень не хотелось бы.

По оценкам экспертов, численность радикалов и им сочувствующих в Татарстане — порядка трех тысяч человек, из которых примерно 120–150 морально готовы взяться за оружие. Много это или мало? Всего в Татарстане проживает 2 миллиона татар, из которых 90 тысяч человек — активно верующие мусульмане (остальная основная масса — светские люди или пассивно верующие). Но важно понимать, что любой «умеренный» ваххабит легко может стать радикальным.

Борьба с популярностью религиозного радикализма должна вестись сочетанием силовых и пропагандистских методов. Традиционный ислам в Татарстане может противопоставить ваххабизму опору на духовное наследие татарского народа и его традиции. А главное для Русской православной церкви — не занимать позицию стороннего наблюдателя и, конечно, активно воцерковлять собственную паству, в том числе потенциальную.

— В 1990-е годы Россию пугали жупелом татарского сепаратизма. Актуальна ли эта тема в нынешние времена?

— Отдельные организации, базирующиеся на идеологии национал-сепаратизма, в Татарстане имеются до сих пор, но они малочисленны. Без административной поддержки местных властей, как это было в конце 1980-х — начале 1990-х годов, они не могут вывести на улицы большие массы людей. После передела собственности надобности в площадных крикунах не стало.

Постепенно на смену светскому национал-сепаратизму приходит исламский фундаментализм. У него гораздо больше сторонников. Несколько раз он уже делал попытки выйти на сцену, организовывая уличные акции протеста (так было в 2012 году в Казани и Набережных Челнах). Но исламисты действуют другими методами. Ведь агитационную работу можно вести не только на городской площади, но и в мечети, и в интернете.

— Вот уже четвертый год родители русских школьников РТ ведут борьбу за полноценное изучение их детьми русского языка. В чем суть их требований и почему местное министерство образования не готово их удовлетворить?

— Суть проблемы заключается в том, что русские дети изучают в школах русский язык в значительно меньшем объеме, чем такие же русские дети во всех остальных регионах России (похожая с Татарстаном ситуация и в соседнем Башкортостане). За 11 лет обучения во всех школах России преподается 1200 часов русского языка, а в Татарстане — всего лишь 700 часов. Делается это для того, чтобы отобранные часы передать под изучение второго государственного языка — татарского, причем не важно, что практической необходимости в этом у русских нет. От этого страдают и дети, и родители, которые вынуждены компенсировать разницу в часах на русский язык за счет найма репетиторов.


Митинг в защиту русского языка в Татарстане

Власти Татарстана против того, чтобы предоставлять выбор стандарта образования родителям, поскольку опасаются, что тогда изучение русского языка в полном объеме выберут родители не только русских, но и татарских детей. Татарские родители в основной массе рассуждают прагматично: они предпочтут, чтобы их ребенок изучал больше русского языка, полагая, что татарский он как-нибудь освоит и дома. Без знания русского языка в России прожить невозможно, тогда как без знания татарского — совершенно спокойно. Так, кстати, и живут русские и многие татары — далеко не все из них объективно свободно владеют татарским языком.

Принуждая всех изучать татарский язык в ущерб русскому, власти рассчитывают остановить языковую ассимиляцию татар. Процессы обрусения среди татар действительно очень заметны. Чтобы искусственно затормозить этот процесс, татарский изучают в обязательном порядке, а русские дети — просто заложники этой системы.

Обратите внимание: родители русских детей ни разу не выступали против математики, физкультуры, английского языка или химии. Никто никогда не митинговал против этих предметов в школьном расписании, потому что ни один из них не преподается в ущерб русскому языку. Я считаю, что средства, выделяемые на малорезультативное обучение татарскому языку русских детей, лучше направить на создание татарских национальных школ и татарских национальных классов. Кстати, против них родители русских детей и русская общественность Татарстана не только никогда не выступали, а наоборот, всегда поддерживали. К сожалению, в Москве русских родителей из Татарстана не слышат. Некоторые из них уезжают из Татарстана, желая дать полноценное образование своим детям. Русские постепенно превращаются в национальное меньшинство.

— Комфортно ли русским и другим нетитульным народам в современном Татарстане?

— Нетитульное население смирилось со своим положением. Невооруженным глазом виден этнический дисбаланс в кадровых вопросах. Из 17 министров республиканского правительства только четыре русских, а в самой верхушке руководства (а это пять должностей: президент Татарстана, государственный советник, премьер-министр, спикер парламента и председатель Верховного суда) вообще ни одного. Из мэров городов русский только один, в Зеленодольске.

Открытым остается вопрос о почти пятикратной разнице между количеством мечетей и церквей: в Татарстане 1528 мечетей и 342 церкви. До сих пор многие церкви либо используются под музеи (Успенская церковь в Болгаре, Дворцовая церковь в Казанском Кремле), либо находятся в заброшенном состоянии.


Вид на Мечеть Кул Шариф и Благовещенский собор в Казани

Отдельного внимания заслуживает положение самобытного православного тюркского этноса — кряшен. Им отказывают в национальном самоопределении. Кряшены считают себя отдельным этносом, но власти из-за языковой близости с татарами стремятся их записать в татары. Делается это для того, чтобы численность титульного этноса в Татарстане была больше половины от всего количества проживающих в республике. Кряшен в Татарстане 250 тысяч человек, что составляет около 6% населения республики. Татар в Татарстане — 53%, но туда записывают и кряшен. Если вычесть кряшен, то численность татар составит меньше половины населения. Этнократическая элита Татарстана пребывает в уверенности, что в этом случае национальную республику ликвидируют и преобразуют в Казанскую область или нечто подобное. Откуда и на чем базируется подобное убеждение, совершенно не понятно. В России масса национальных регионов, где численность титульного этноса меньше половины от всего населения, и никто не стремиться их ликвидировать. Кряшены себя считают отдельным этносом, но им в этом праве отказывают.

— Что можно назвать главной проблемой современного Татарстана? Как ее решать?

— Главная проблема — та, что волнует большинство населения, — в Татарстане такая же, как и по всей России. Это социально-экономическое неблагополучие широких масс. Людей волнуют высокие цены, низкие зарплаты, ущемление мелкого бизнеса, слишком частые чрезвычайные происшествия (падение самолета, крушение «Булгарии», пожары на рынках — и все это с человеческими жертвами). Одним из признаков социально-экономического кризиса является чудовищная коррупция. Решить ее можно просто: реальными посадками министров, депутатов, глав районов и мэров городов, а в масштабах России — глав регионов. Вот только дальше двух-трех случаев, увы, дело не продвигается. В Татарстане, к сожалению, борьба с коррупцией является больше имитацией, чем борьбой, и это одна из самых главных проблем республики.

Яна Амелина, секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба
«Русская планета», 12 мая 2015
Tags: идеология и власть, интервью и репортаж, ислам, исламизм и ваххабизм, коррупция и бюрократия, мнения и аналитика, народы, национализм, нонсенс, нравы и мораль, общество и население, поволжье, православие, регионы, религии, россия, русофобия и антисоветизм, русские и славяне, русский язык, сепаратизм, современность, татары, терроризм и экстремизм, христианство
Subscribe
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments