mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Category:

Былая империя. Русская Аляска, Ч.1/4

Ещё о продаже Аляски

Продажа Русской Америки (Аляски) в 1867 году
Двойное дно договора об уступке Русской Америки ©
___________



Сергей Петрович Пыхтин (1946-2011)
публицист, правовед, общественный и государственный деятель
Для тех, кто считает торговлю Россией государственной изменой

Для Старого света Американский континент рассматривался в качестве территории, свободной от государственности, которую само Провидение предназначило для завоевания и освоения. Как ни странно, но русское сознание, довольно подробно зная о том, как происходило завоевание Америки государствами Европы, начиная с Колумба, практически мало что знает о том, что и Россия нисколько не отставала от своих европейских конкурентов. Между тем русские колонии в Северной Америке к 1825 году простирались на юге до залива Сан-Франциско. Сейчас на этой территории, помимо самого штата Аляска, находятся американские штаты Вашингтон, Айдахо, Орегон и северная часть Калифорнии, а также провинция Британская Колумбия. Общая площадь этих земель составляет 3,2 миллиона квадратных километров (больше всей Западной Европы) и живет на них ныне более 11 миллионов человек[1].

Утверждается, что англичане даже не заметили, как Британия завоевала треть мировой суши, превратившись в великую колониальную державу. Стоит ли этому удивляться, если с русскими произошло то же самое? Сначала они неожиданно для себя узнали, что Россия без каких-либо усилий с её стороны практически овладела огромными сибирскими пространствами от Уральских гор до Камчатки. А через два столетия им стало известно, что она еще и овладела значительной частью Америки. И это тоже происходило как бы между прочим. Без войн и завоеваний. Было даже плохо известно, кому Россия обязана этими приобретениями. Но мы-то знаем, что продвижение Российской государственности на Восток осуществлялось не силой оружия и даже не силой слова Божьего. Штыку и кресту прокладывали дорогу русское любопытство и русская предприимчивость, русская удаль и русский размах. Как было впоследствии подсчитано, они увеличили территорию России в 400 раз[2].


___

Русские владения в Америке

Первое достоверно известное пребывание русских в районе Аляски относится к 1648 году, когда Южная Америка уже была в целом, кроме Патагонии, колонизирована Испанией и Португалией, а восточное побережье Северной Америки упорно завоевывали Британия и Франция[3]. В этом году землепроходцы во главе с Федотом Поповым и Семёном Дежнёвым вышла из устья Колымы и прошли пролив, который много позже назвали Беринговым. Открытие тогда новых земель имело высокую личную себестоимость. Из 100 участников экспедиции лишь четверо осталось в живых[4].

Официальным днем открытия русскими Аляски считают 15 июля 1741 г., когда корабль «Святой Павел» Алексея Чирикова, входивший в экспедицию Витуса Беринга, организованную правительством императрицы Анны Иоанновны, открыли землю острова, впоследствии получившего имя принца Уэльского. На следующий день к острову Кадьяк подошел второй корабль «Святой Петр» Беринга.

Честь основания первых русских поселений в Америке принадлежит Григорию Шелихову. 3 августа 1784 года он высадился на остров Кадьяк, где до весны 1786 года строилось поселение, на двадцать лет ставшее административным и деловым центром русских владений[5].

Знаковым для истории русской Америки является 1799 год, время царствования Павла I. 8 июля этого года указом сената была образована Российско-Американская компания[6]. В её монопольное владение была отдана вся территория на американском материке[7]. Тогда же на острове Ситха строится укрепление Михайловское, где поселено около 200 русских и алеутов. Через три года племя тринклитов под командованием британского капитана Барбера захватило укрепление и истребило его гарнизон. Спустя два года в ходе восьмидневного штурма русские крепость отбили[8].

Управление Русской Америкой принципиально отличалось от того, как это было установлено в Российской империи. Ее владения в Америке, строго говоря, не считались составной и неотъемлемой частью российского государства. Русская Америка была колонией, управляемой не государственными властями, а Российско-Американской компанией, акционерным обществом[9]. Компания, помимо своей основной деятельности[10], охраняла рубежи колонии, обучала алеутов, изучала территорию, содержала церковную миссию, приобщавшую к христианству туземцев[11]. Для XVIII-XIX веков такая практика была общепринятой. Таким же примерно образом Британия управляла Индией, Бельгия - Конго, а Голландия - Индонезией, своими колониями.

Перемещение административного центра Русской Америки на остров Ситха, вплотную к ее восточной границе, создало предпосылки для дальнейшего русского распространения. В последующие годы Баранов, главный правитель Русской Америки с 1790 г., назначенный Шелиховым, продвинулся по побережью на 600 километров. В новом правительственном решении в качестве восточного рубежа русских американских владений значился не 55 градус северной широты, достигнутый ещё Чириковым в 1741 г., а 51-й[12]. Продвижение на юг на этом не остановилось. 30 августа 1812 года, через 4 дня после Бородинского сражения, так уж совпало, под пушечную и ружейную пальбу русские открыли свою калифорнийскую колонию. Она располагалась недалеко от теперешнего Сан-Франциско на землях, уступленных им по договору с индейским вождём Чу-гуаном. Форт назвали Россом[13].

Но это не значит, что Петербург совершенно не вмешивался в дела колонии. Вмешивался, но как? В 1808 году Сенат, к примеру, наложил запрет на переселение крепостных и освободившихся от крепостной зависимости на земли Русской Америки. Видимо опасались, что этим правом воспользуются слишком многие[14]. В результате численность русских, включая вооруженную силу, никогда не превышало в русско-американских владениях 1000 человек.

Реальная власть Российско-Американской компании не охватывала всю территорию, юридически входившую в состав Русской Америки. Она не распространялась на материковые земли воинственных индейцев, ограничиваясь островами, побережьем и прибрежными водами в пределах Алеутских островов, Кодьяка и архипелага Александра. Но и на столь ограниченных пространствах собственных сил на поддержание порядка не хватало. Широко были распространены браконьерство и незаконная торговля, особенно водкой, что было запрещено. Чтобы сохранить численность животных, на промыслы были введены ограничения. Но американцы истребляли всё подряд, спаивая индейцев и скупая у них меха по дешёвке.

Петербург почему-то всегда трепетно относился к гражданам Северо-Американских Штатов, даже когда они грубо и нагло нарушали русские порядки, и проводил по отношению к Вашингтону политику угодничества, требуя от Российско-американской компании недопущения «никаких конфликтов». 5 апреля 1824 году вопреки интересам и мнению компании, была заключена русско-штатовская[15] конвенция, по которой гражданам САСШ разрешалась свободная торговля и рыболовство по всему побережью русских владений в Америке[16], а годом позже под нажимом Петербурга компании пришлось передать в аренду своему английскому конкуренту - Компании Гудзонова залива, - еще и лучшие участки побережья Аляски[17].

В 1824 году правительство Александра I без какого-либо денежного возмещения или иных очевидных для России выгод уступило Северо-Американским Штатам русские владения южнее 54 градуса северной широты, а в 1825 заключило с Британией конвенцию о границах владений в Северной Америке. Русские владения отодвигались по ней на расстояние не более 10 миль от кромки океанского берега. В общей сложности Россия теряла на американском материке до 1,7 млн. кв. километров территории[18]. Поразительно, но в России ничего не знают об этом. В книгах по русской истории нет ни одной карты, где бы русские владения в Америке были приведены такими, какими они были до 1824 года[19]. После этих уступок общая площадь русских колоний в Америке уменьшилась до 1519 тыс. кв. км.

Деловитые американцы использовали уступки русского правительства с большим размахом. Пальмер, советник Верховного суда США, в записке президенту Полку от 10 января 1848 года писал, что в Тихом океане ходит более 700 китобойных судов США, которые ежегодно приносят 10 млн. долл. прибыли[20]. 263 судов промышляли «исключительно в водах, находящихся под юрисдикцией Российско-американской компании», включая Охотском море. На протяжении 14 лет (с 1848 по 1861 г.) они вывезли китового жира и уса на 130 млн. долл., или 200 млн. руб. серебром. Но была ли законной их деятельность?

«В Шантарских водах, - сообщал русский морской офицер В. Збышевский. - американцы распоряжаются если не так, как дома, о как в покорённой ими стране: жгут и рубят леса, бьют дичь и китов, торгуют с тунгузами мехами, оленями и оставляют после себя следы, напоминающие если не древних варваров, то, по крайней мере, татарские и запорожские пожоги»[21].

Д. Завалишин, позже участник заговора декабристов, ещё в 20-е годы XIX века отмечал, что Соединённые Штаты ведут на Аляске настоящую войну против России. Американцы прямо ему заявляли, что не успокоятся до тех пор, пока северная часть Тихого океана не «сделается исключительно нашим морем»[22].

Официальное отношение русского правительства к интересам Русской Америки, мягко говоря, было прохладным. На просьбу Российско-американской компании от 1842 года о воспрещении гражданам Соединенных Штатов распространят китоловство далеко на север и не производить китовского промысла севернее Алеутской гряды министр Нессельроде ответил отказом. Он писал, что «право на закрытое море (mare clausum) в отношении «северной части Тихого океана не может быть теоретически доказано»[23]. В 1845 году Николай I согласился на учреждение у берегов Русской Америки крейсерства, но не дал «соизволения на употребление военного флага»[24]. Однако морской министр А.С. Меншиков отказался и от крейсерства, так как полное снаряжение одного 44-пушечного фрегата стоило 270159 руб. 41 коп и содержание крейсерства 85310 руб. 44 коп. ежегодно[25]. В 1848 г. Нессельроде отклонил предложение об определении территориальных вод русских владений, так как «назначение в море границ берегового ведомства доселе не имеет между народами ясного и единообразного постановления», а «части Великого, или Тихого океана, окруженные русскими владениями, не могут считаться внутренними морями», и правительство не имеет права «воспретить иностранцам плавать в сих водах» или «не допустить их к китоловству»[26]. Петербургская бюрократия делала вид, что ей не вполне ясно, «какие именно внутренние моря на северо-западном берегу Америки запрещено иностранцам посещать» и «какие меры может принимать колониальное начальство против нарушителей»[27].

Заметим, что с 1822 по 1860 год от промыслов Аляски русская казна и акционеры Российско-Американской кампании получили более 11 млн. рублей дохода[28].

Русская Америка в середине XIX века

К середине XIX столетия по отношению к русским владениям в Америке у правящих кругов Северо-Американских Штатов сложилось вполне определенное мнение. Русская Америка должна была стать владением Штатов. Оно имело глубокое и серьезное идеологическое основание. Начиная с отцов-основателей, лидеры этого государства грезили экспансией, ничуть не скрывая свои устремления. Еще в 1819 г., выступая на заседании кабинета, госсекретарь Дж. К. Адамс сказал, что «с того времени, как мы стали независимым народом, то, что это стало нашей претензией, является в такой же степени законом природы, как то, что Миссисипи течет в море. Испания имеет владения к югу, а Англия - к северу от наших границ. Было бы невероятно, чтобы прошли столетия, а они (т.е. владения) не были бы нами аннексированы» и что «в географическом отношении Соединенные Штаты и Северная Америка являются идентичным понятием»[29].

Для этого они были готовы использовать любые средства.

К 40-м годам XIX века сложилась теория, которую назвали «предопределением судьбы». Ее суть выражалась одной фразой: «само провидение предназначило Соединенные Штаты господствовать на всем Американском континенте»[30].

Первый известный зондаж такого рода произошел в 1843 году. Госсекретарь США Вильям Марси (William Marcy) и сенатор Вильям Гвин (William M. Gwin) спросили русского посла в США барона Эдварда Стоклу[31] (Eduard Stoeckl): «Правда ли, что Россия выставляет на продажу свою колонию Аляска?». Посол ответил «Разумеется, нет!»[32]. Разговор последствий не имел.

Вильям Г. Сьюард, госсекретарь в 1861-1869 годах, в марте 1848 года писал: «я не могу избежать убеждения, что страсть народа к территориальному расширению является неодолимой… Нашему населению предназначено катить свои непреодолимые волны вплоть до ледяных границ Севера и до встречи с восточной цивилизацией на берегах Тихого океана»[33].

Являясь сторонником неограниченного территориального расширения Соединенных Штатов в западном полушарии и выступая за их мировую торговую гегемонию, он требовал присоединение к империи Соединенных Штатов таких стратегически важных районов, «которые способствовали бы господству американцев на морских путях»[34]. А это означало, что Русская Америка должна была так или иначе стать частью Северо-Американских Штатов. Выступая в сенате 29 июля 1852 г., Сьюарт говорил:«Тихий океан, его берега, острова и обширные внутренние районы станут основным театром событий великого будущего мира. Торговля… станет главным действующим лицом «в новом театре человеческой активности. И та нация, которая добьётся того, что эта торговля получит полное развитие», неизбежно станет «величайшей из существующих стран; более великой, чем любая из когда-либо существовавших»[35].

Осенью 1852 года деловая аристократия Сан-Франциско образовала Американо-русскую торговую компанию. Ее президентом стал Биверли Сандерс[36]. В январе 1854 года, когда уже началась русско-турецкая война, затем названная Крымской или Восточной, Сандерс, предварительно встретившись в Вашингтоне с президентом Ф. Пирсом, отправился в Петербург. Там он установил связи с Главным правлением Российско-Американской кампании и встречался с министром Нессельроде и вел. кн. Константином Александровичем. Он рисовал им «заманчивую картину русско-американского сотрудничества по всему бассейну Тихого океана и предложил… заключение долгосрочного соглашения на 20 лет о торговле льдом, углем, рыбой и лесом».

15 мая 1854 г. министр иностранных дел Нессельроде и министр финансов П.Ф. Брок представили царю доклад, в котором отмечалось, что «в особенности по нынешним политическим обстоятельствам оказывается весьма желательным соединить столь можно ближе взаимные интересы американских граждан и наших колоний как для усиления нашей торговли вообще, так и для доставления сим колониям в потребных случаях покровительства со стороны Американских Штатов».

После того как Николай I наложил резолюцию: «исполнить», контракт с Американо-русской торговой компанией был подписан Российско-Американской компанией уже 1 июня 1854 г. Вот только его текста обнаружить не удалось[37].

Можно предположить, что эта поездка американского дельца в Петербург имела для Русской Америки судьбоносное значение, в котором контракт играл всего лишь роль формального повода. Главное состояло в том, что Сандерсу удалось не только встретиться и познакомиться с вел. кн. Константином Александровичем, тогда морским министром, но и завоевать его расположение. Сандерс установил, что вел. кн. стремился установить «самые близкие отношения с Америкой». В свою очередь, в письме к вел. кн. от 15 июля 1854 г. американский предприниматель указывал, что обе страны «должны стать добрыми друзьями и союзниками»[38]. Остается лишь гадать, что за веские аргументы американца сблизили ярого монархиста и фанатичного республиканца и сделали из вел. кн. «лучшего американца» в царской семье[39].

Восточная (Крымская) война приобрела для России неблагоприятный оборот. Военные усилия коалиции Британии, Франции, Турции и Сардинии были усилены враждебным к России нейтралитетом Пруссии и Австрии. Последняя тоже грозила выступить против России. Сражения развернулись не только в Крыму, на Балканах и на Кавказе. Атакам подверглось русское побережья в Балтийском и Белом морях, а также на Тихом океане, в районе Петропавловск-Камчатского и устья Амура. Военно-технические преимущества противника были очевидны.

Под вопросом оказалась и безопасность русских владений в Америке, для защиты которых имелось не более роты солдат и несколько вооруженных торговых судов. Оказать серьезного сопротивления они не могли. Даже нападение небольших регулярных военных сил могло в несколько дней покончить с русским присутствие на Американском континенте. Надо было что-то придумать.

Прежде всего о безопасности русских владений позаботилось правление Русско-Американской кампании в Петербурге. Накануне начала Восточной войны оно договорилось с Компанией Гудзонова пролива, управлявшей британскими колониями на севере Америки, о нейтрализации управляемых территорий. Николай I дал такое разрешение в январе, британское правительство в марте 1854, как раз тогда, когда Франция и Англия объявили России войну. Каждая из сторон обязалось не нападать на американской территории враждебных стран на всем протяжении войны, не исключив, впрочем, возможность морской блокады. Казалось бы, проблема была решена.

Но дипломатические чиновники и колониальное руководство Российско-Американской кампании в Америке ничего не знало о достигнутом соглашении. И тогда по рекомендации Стокля вице-консул в Сан-Франциско П.С. Костромитинов, который считал падение русских колоний неизбежным, оформил 19 мая 1854 г. фиктивное соглашение о продаже имущества, промыслов, привилегий и владений Российско-Американской кампании за 7,6 млн. долл. Американо-русской торговой компании на три года[40]. На американскую собственность, скорее всего, англичане напасть не решаться.

Но такая комбинация не понравилась в Вашингтоне[41]. Госсекретарь У.Л. Марси и сенатор от Калифорнии У.М. Гвин сообщили Стоклю, который рассказал им о сделке, что «несмотря на их желание и даже заинтересованность в покровительстве русским колониям, им представляется невозможным доказать англичанам, что этот контракт не является фиктивным и, в особенности, что он заключен до войны». И вопрос о продаже Штатам Русской Америки был поднять вновь[42].

В этих контактах русского посланника Болховитинов не видит ничего особенного. Хотя складывается впечатление, что именно на этих переговорах Стокль, посол царя при американском президенте, был завербован Марси и Гвином, став американским агентом влияния при Петербургском дворе.

На двойную игру Стокля указывают очевидные противоречия между воспоминаниями Грина и депешами Стокля в Петербург. Гвин утверждает, что Стокль пришел к сенатору и попросил его быть посредником между ним и американским правительством при открытии переговоров по продаже русских владений на тихоокеанском побережье Америки Штатам. Президент Пирсу сразу же стал горячим сторонником покупки. Но Марси был решительно против присоединения территории к США. И поэтому Пирс отклонил предложение русского посланника[43]. Инициатива продажи исходила, следовательно, от Стокля. Но в письме управляющему МИД Л.Г. Сенявину от 24 августа 1854 г Стокль докладывал, что «проект контракта и слухи, распространяемые английской прессой о намерении императорского правительства продать свои владения, подали американцам идею, что мы могли бы их уступить им».

В отличие от воспоминаний Гвина, по версии посла инициатива приобретения исходила от Марси и Гвина. При этом Стокль отметил относительно американцев: «Они являются опасными соседями, и мы должны избегать того, чтобы давать им малейший повод»[44]. Стокль здесь весьма осторожен. Он ничего не советует, а лишь информирует, прощупывает почву. Петербург тогда жестко и категорично отказал американцам: никогда, ни при каких обстоятельствах Россия не торговала своей землей. Для Николая I такая продажа была немыслимой[45].

По-видимому Стоклю не были известны дипломатические подробности заключения соглашения между Российско-Американской компанией и Компанией Гудзонова пролива о взаимной нейтрализации на время войны русских и британских владений в Америке, за которым стояло негласная договорённость между Петербургом и Лондоном. Иначе он бы не продолжал излагать в своих посланиях в русский МИД, к примеру в феврале 1855 и в декабре 1859 г., совершенно нелепую версию причин, из-за которых Британия не предпринимала военных действий против Русской Америки. Он относил ее на счет «боязни затронуть интересы американцев, тесно связанных с нашими колониями» и слухам о желании «продать наши колонии Соединенным Штатам»[46].

Вместе с тем на фоне очевидной изоляции России в Европе, где сложился антирусский агрессивный союз, готовый к войне с нею, Северо-Американские Штаты выглядели в Петербурге как самый надежный союзник. В отчете русского МИДа за 1854 год указывалось: «Что касается России, то из всех наций ей менее всего следует опасаться возрастающего преобладания Соединенных Штатов. До сих пор пока их интересы не будут сталкиваться, ничто не помешает сохранению хороших отношений между двумя странами. Симпатии, проявленные при нынешних затруднениях правительством, конгрессом и народом, позволяют нам с оптимизмом смотреть в будущее»[47].

Годом ранее примерно такую же оценку Штатам дал генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н. Муравьев-Амурский. Весной 1853 года он приехал в Петербург и представил Николаю I записку. Как пишет Болховитинов, в ней он «изложил свои виды о необходимости укрепления позиций России на дальнем Востоке, будущей судьбе русских владений в Северной Америке и важности отношений с Соединёнными Штатами»[48]. В частности, Муравьев писал, что «владычество Северо-Американских Штатов во всей Северной Америке так натурально, что нам очень и жалеть не должно, что двадцать пять лет тому назад мы не утвердились в Калифорнии, - пришлось бы рано или поздно уступить её, но уступая мирно, мы бы могли взамен получить другие выгоды от американцев. Впрочем, теперь, с изобретением и развитием железных дорог, более еще, чем прежде, должно убедиться в мысли, что Северо-Американские Штаты неминуемо распространяться по всей Северной Америке, и нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши» [49].

В записке отмечалось, что с изобретением и развитием железных дорог стало очевидно, что Соединенные Штаты «неминуемо распространятся по всей Северной Америке и нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить северо-американские владения наши. Нельзя было, однакож, при этом соображении не иметь в виду и другого: что весьма натурально и России, если не владеть всей восточной Азией, то господствовать на всем азиатском прибрежье Восточного океана. По обстоятельствам мы допустили вторгнуться в эту часть Азии англичанам... но дело это еще может поправиться тесной связью нашей с Северо-Американскими Штатами»[50].

Логика Муравьева проста и незатейлива. Россия обменивает реальную ценность в виде обладании баснословно богатой ресурсами колонией на ирреальную «тесную связь», настоящий, материальный капитал, исчисляемый в звонкой монете, на самоочевидную фикцию, которая не стоит ничего. И еще в ней довольно прозрачно виден личный интерес генерал-губернатора, которому надо было подтвердить приставку к своей фамилии[51].

Болховитинов пишет, что «еще до начала Крымской войны проницательные и осведомленные политические и общественные деятели в России отдавали себе отчёт в необходимости укрепления позиций России на Дальнем Востоке и желательности расширения связей с США как известного противовеса Великобритании», но единственный способом такого укрепления оказывается отказ Росси от своих владений в Америке. Получается так, что чуть ли единственным козырем для привлечения США на свою сторону в начале 50-х годов XIX века были территориальные уступки. Хотите иметь США в качестве благожелателя? Тогда отдайте им свои американские владения. Нечего сказать - хороший союзник.

Что касается общественных деятелей, призывающих тогда к продаже Русской Америки Штатам, то о них в работе Болховитинова нет даже упоминания. Видимо, таких не было вовсе. Что же касается деятелей политических - то это, конечно же, курьез. В России того периода политика была тайной государственной власти, ее монополией. Кто же был отнесён Болховитиновым к сторонникам продажи? Оказывается, один лишь Н.Н. Муравьев-Амурский.

Как бы там ни было, пока на троне находился император Николай I, вопрос продажи Россией своих владений в Америке не имел никакой перспективы. В этом принцип государя не могли поколебать никакие военные неудачи.

Ссылки:

[1] Дудин А.П. Аляска: утерянные возможности // «Академия Тринитаризма», М. 2003.

[2] По В. Ключевскому, «Север и Сибирь с Аляской были присоединены и освоены не столько государством, сколько народом, крестьянскими семьями...».

[3] Колониями на Американском континенте владели также Голландия и Дания. Ныне Голландии все еще принадлежит Гвиана, а Дании Гренландия.

[4] Прокоп Тороп. Аляска… Чья ты? М. 1997, с. 3. Брошюра была издана к 130-летию продажи Аляски. Далее по тексту - Тороп.

[5] Тороп, с. 18.

[6] Первоначальный капитал компании составлял 724 тыс. руб. и был разделен на 724 акции. Выгоды торговли были значительны, и цена акции с 1000 рублей в 1799 г. поднялась за год до 3727 рублей.

[7] Тороп, с. 20.

[8] Тороп, там же.

[9] Самое крупное русское поселение Новоархангельск на острове Ситха было основано в 1799 г. В том же году русское правительство передало Российско-американской компании право на монопольное использование природных ресурсов, осуществление торговли, промыслов, экспедиций и основание поселений. Одновременно она получила от правительства право присоединять вновь открываемые земли, если эти территории «никакими другими народами не были заняты и не вступили в их зависимость» (А.П. Дудин).

[10] Основным в деятельности компании был пушной промысел: за период с 1797 по 1821 гг. из колонии вывезли пушнины на 16,38 млн. руб., в виде пошлин в казну поступило 2 млн руб. Капитал компании к 1820 г. составлял 4,58 млн. руб. Это было намного меньше, чем получали штатовцы, англичане и испанцы от торговли с русской колонией (Д.Я. Резун. «Русская Америка»).

[11] Тороп, с.36.

[12] Тороп, там же.

[13] Тороп, с. 21-22.

[14] Тороп, с.35

[15] Автор использует термин «штатовсская» и «штатовцы» как производное от Штаты, определяющего слова в русском названии североамериканского государства, так как использование терминов «американская» и «американцы» применительно к одним лишь жителям САСШ (США) неправильно по их лексическому смыслу.

[16] Компания направляла правительству России «многочисленные записки и протесты, в которых указывалось, что условия конвенции и, прежде всего, предоставление американцам свободы торговли и рыбной ловли в русских владениях на 10 лет, нарушают привилегии компании и ставят под угрозу не только благосостояние, но и само ее существование». (Академия наук СССР. Институт всеобщей истории. Н.Н. Болховитинов. Русско-американские отношения и продажа Аляски. 1834-1867. М. «Наука». 1990. с 21; далее: Болховитинов). Но их не принимали во внимание.

[17] Тороп, с.36-37.

[18] Соглашения готовили министры России: иностранных дел К. Нессельроде и финансов Е.Ф. Конкрин. Уступчивость России связывают с тем, что Лондон «помог» заплатить царю в 1815 году проценты по займам, которые Россия, начиная с Екатерины II, делало у голландских и английских банкиров, но в связи с военными расходами 1812-1815 годов просрочило платежи по процентам и согласился поручиться за русского должника перед банкирами. Царь же «в знак благодарности» уступил его территориальным требованиям (А.П. Дудин).

[19] Это незнание относится и к другим русским приобретениям на Тихом океане. В мае 1816 года один из гавайских царьков Томари, благодаря русско-Американской компании, официально принял русское подданство. К 1820 году на Гавайях стояли русские форты, вооружённые пушками. Фактически русскими были Маршалловы острова. Но Петербург был совершенно пассивен к этим приобретениям и не счел нужным их признавать (Г.А. Соколов. К материалам об Аляске).

[20] Болховитинов, с.62.

[21] Болховитинов, с. 61-62.

[22] Тороп, с. 38.

[23] Болховитинов, с 63.

[24] Болховитинов, с. 65.

[25] Болховитинов, с. 68-69.

[26] Болховитинов, с. 66.

[27] Болховитинов, с. 69.

[28] Тороп, с. 44.

[29] Болховитинов, с. 51-52.

[30] Болховитинов, с. 49. Эта формула возникла за 80 лет до немецкого национал-социализма, утверждавшего, что немцам сама судьба предопределила господствовать в Европе. Но предопределение судьбы американцев есть метафизика и потому имеет оправдание, в отличие от нацизма, который его недостоин.

[31] В настоящей работе фамилия русского посланника принята как Стокль. В других работах его чаще всего именуют также Стеклем и иногда Штоклем.

[32] Интернет-сервер «Форум». «Из истории штата Аляска».

[33] Болховитинов, с. 52.

[34] Болховитинов, с. 53.

[35] Болховитинов, с. 53-54.

[36] Болховитинов, с. 75.

[37] Болховитинов, с. 76-77.

[38] Болховитинов, с. 78-79. Вернувшись осенью 1854 г. в Штаты, Сандерс стал реализовывать соглашения, но «переоценил свои финансовые возможности и обанкротился. При не вполне ясных обстоятельствах 5 ноября 1855 г. банкирский дом «Сандерс и Бренгам» потерпел финансовый крах» (с.82). Поверить в подобное почти невозможно.

[39] По мнении. А. Зинухова, полагающего, что в продаже Русской Америки имел место заговор, «именно Сандерс мог подтолкнуть великого князя к мысли о продаже Аляски. Затем с идеей ознакомили императора, и она, видимо, пришлась по душе Александру». (Как продавали Аляску. «Совершенно секретно», № 3, 2000).

[40] Болховитинов, с. 96, 98.

[41] В апреле 1854 г. госсекретарь США вел переговоры со Стоклем по поводу уступки Аляски (Тороп, с. 39).

[42] Болховитинов, с. 99-100.

[43] Болховитинов, с. 100-101.

[44] Болховитинов, с. 101.

[45] И. Миронов. «Без Аляски».

[46] Болховитинов, с. 102-103.

[47] Болховитинов, с. 79.

[48] Болховитинов, с. 92.

[49] Болховитинов, с. 92.

[50] «США - экономика, политика, идеология». №3 1990.

[51] Муравьев был высоко оценен американской газетой «Трибуна». Она назвала его губернатором с прозорливостью государственного человека, увидевшего в американцах лучших пионеров: «Губернатор с прозорливостью государственного человека угадал, что американцы, лучшие пионеры в подобных предприятиях, могут послужить средством к возбуждению такой деятельности. Чрез их свободные и беспрепятственные сношения с русскими заблистала бы новая коммерческая эпоха для Русской Азии» и был бы дан «сильный толчок к развитию торговли и увеличению народонаселения с тех местах» (Болховитинов, с 151).
Tags: 18-19-ее века, архивы_источники_документы, версии и прогнозы, внешняя политика и мид, геополитика и территории, дискуссии, заговоры и конспирология, история, коррупция и бюрократия, мифы и мистификации, мнения и аналитика, опровержения и разоблачения, правители, предательство, регионы, российская империя, секреты и тайны, современность, страны и столицы, сша, торговля и рынки, факты и свидетели, эпохи
Subscribe
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments