mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Categories:

Пошел вон, князь Цусимский! Ч.2/2

Начало

Война по пунктам

Военные историки сходятся во мнении, что Русско-японская война была едва ли не самой предсказуемой в истории человечества, поскольку в ней японцы полностью воспроизвели свои действия в войне против Китая в 1894–1995 годах. Японский план войны включал следующие пункты.


Первый — разгромить или заблокировать вражескую эскадру в Порт-Артуре, чтобы она не могла помешать переброске войск с японских островов на материк. Второй — высадить десант в корейской бухте Чемульпо и, пройдя 54 километра, захватить Сеул. Третье — высадить десанты в окрестностях Порт-Артура и организовать блокаду крепости. Четвертый — взять Порт-Артур штурмом, что будет означать победу в войне.

Русский план, утвержденный Куропаткиным в 1901 году, был проще: удержание Владивостока и Порт-Артура и постепенное отступление к Харбину, пока не соберутся превосходящие силы. «Этот априорный план тяжелым грузом лежал на всех решениях Куропаткина, лишая его дерзания, препятствуя использованию благоприятных случаев для перехода к активным действиям и ведя от отступления к отступлению», — отмечал позже генерал Деникин.

Вместо контрибуций Россия выплатила Японии за содержание русских пленных 46 млн рублей золотом

26 января 1904 года вице-адмирал Степан Макаров писал управляющему Морским министерством Федору Авелану: «Из разговоров с людьми, вернувшимися недавно с Дальнего Востока, я понял, что флот предполагают держать не во внутреннем бассейне Порт-Артура, а на наружном рейде. Пребывание судов на открытом рейде даст неприятелю возможность производить ночные атаки. Японцы не пропустят такого бесподобного случая нанести нам вред... Если мы не поставим теперь же во внутренний бассейн флот, то мы принуждены будем это сделать после первой ночной атаки, заплатив дорого за ошибку».

Степан Осипович как в воду глядел: в ночь с 26 на 27 января японские миноносцы атаковали стоявшие у входа в Порт-Артур русские корабли. Шедшие с погашенными огнями, японцы незамеченными подошли к месту стоянки русских броненосцев и крейсеров и выпустили по ним 16 торпед, из которых в цель попали три. Серьезные повреждения получили броненосцы «Ретвизан», «Паллада» и «Цесаревич». Русские корабли открыли беспорядочный огонь по японцам, но попаданий не было.

Успеху японской торпедной атаки способствовало и то, что о разрыве Японией дипломатических отношений с Россией в Порт-Артуре знал только адмирал Алексеев. Ни комендант крепости, ни начальник артиллерии, ни морской штаб об этом не были осведомлены. В самый разгар атаки командующий порт-артурским гарнизоном генерал Стессель прислал в штаб крепости записку с вопросом: «Что это за стрельба?» Ему ответили, что проводятся учения по отражению минной атаки. Тревога была объявлена лишь через два часа после нападения, но и тогда никто из войсковых начальников не знал, боевая ли это тревога или учебная, боевые патроны выдавать солдатам или холостые.

Пока разбирались, японцы скрылись в открытом море. Впрочем, ненадолго. Уже на следующее утро, 27 января, адмирал Того атаковал Порт-Артур всеми силами своей эскадры. В результате серьезные повреждения получили шесть русских броненосцев и крейсер «Баян», и выход эскадры в море стал невозможен. Таким образом, японцы отлично выполнили первый пункт своего плана.

Впоследствии японская эскадра регулярно проводила атаки русских кораблей, стоящих в гавани Порт-Артура, а весной японцы начали массированные постановки мин на выходе из гавани. Всего за время блокады Порт-Артура японский флот выставил около 1300 мин. 31 марта 1904 года на японских минах подорвались и затонули броненосцы «Победа» и «Петропавловск».

Вместе с «Петропавловском» погиб адмирал Макаров — последний выдающийся русский флотоводец (после Ушакова и Нахимова). Больше профессионалов такого высокого уровня в отечественном военном флоте не появлялось. И неудивительно: после Русско-японской войны в головах наших адмиралов прочно утвердилась мысль, что на войне главное — не терять корабли. Поэтому с началом и Первой, и Второй мировых войн наши моряки быстро заваливали минами подходы к своим базам и за минными заслонами дожидались победы.

Грустная ирония заключается в том, что все зарубежные страны вынесли из опыта Русско-японской войны совсем другие уроки и отказались от идеи захватывать вражеские морские базы с моря. По порт-артурскому примеру японцев выходы из морских баз противника блокировались минами и крейсерами, а сам захват происходил с суши. Именно с суши немцы захватывали русские военно-морские базы Либаву (Лиепаю), Мемель (Клайпеду), Ригу, Таллин и Севастополь.

Второй пункт — Корея

Вторым пунктом японского плана был десант в Чемульпо с последующим захватом Сеула. В декабре 1903 года в районе Сеула возникли волнения среди крестьян, в связи с чем послы ведущих держав в Корее, еще не забывшие, чем обернулось для дипломатов «восстание боксеров», потребовали от своих правительств посылки военных судов в Чемульпо. 18 декабря в Чемульпо пришел крейсер «Варяг» под командованием Всеволода Руднева.

20 января 1904 года японская телеграфная станция в Сеуле под предлогом повреждения проводов прервала связь русского посольства в Сеуле с Порт-Артуром и в качестве связного судна в Чемульпо была отправлена канонерская лодка «Кореец». 26 января «Кореец» выходит из Чемульпо, направляясь в Порт-Артур с докладом адмиралу Алексееву, и обнаруживает на подходе к порту отряд японских транспортных судов в сопровождении трех миноносцев. Выпустив в миноносцы несколько торпед (все — мимо), «Кореец» возвращается к «Варягу».

У Руднева было два варианта действий. Первый — атаковать тихоходные японские транспорты, благо «Варяг» и «Кореец» имели преимущество перед японскими миноносцами и по числу орудий, и, что важнее, по числу дальнобойных орудий большого калибра. Второй вариант — «не поддаваться на провокацию». Его-то и предпочел Руднев.

С расстояния в два километра экипажи «Варяга» и «Корейца» спокойно наблюдали, как японцы высаживаются в порту. На следующее утро японские войска без боя заняли корейскую крепость в Чемульпо и направили ее пушки на русские корабли. Затем японцы предложили всем иностранным кораблям во избежание случайных попаданий снарядов покинуть рейд Чемульпо, поскольку японская эскадра собирается атаковать русские корабли. «Варяг» и «Кореец» попытались уйти в открытое море, но в 18 километрах от Чемульпо встретились с мощной эскадрой адмирала Урчу, вступать в бой с которой для русских кораблей было равносильно самоубийству.

Согласно официально версии, ожесточенный бой все-таки завязался, и в ходе него на «Варяге» 39 человек были убиты и 73 получили ранения. «Кореец» ни потерь, ни повреждений не имел.

«Варяг» выпустил по врагу 1105 снарядов, а когда большинство орудий были выведены из строя японской артиллерией, Руднев принял решение затопить корабли. «Кореец» был взорван, а «Варяг» потоплен на рейде Чемульпо. Затем команды «Варяга» и «Корейца» были размещены на иностранных кораблях и отправлены морем на родину.

Историки тут обращают внимание на два обстоятельства. Во-первых, согласно официальному отчету Главного морского штаба Японии, «в этом бою неприятельские снаряды ни разу не попали в наши суда, и мы не понесли ни малейших потерь». То есть либо артиллеристы Руднева вообще не умели стрелять, либо, выпустив несколько снарядов исключительно для вида, крейсер поспешил выйти из боя. Во-вторых, Руднев не вывел корабль из строя, а затопил его простым открытием кингстонов, по существу подарив «Варяг» врагу. Японцы вскоре подняли крейсер и включили в состав своего флота.

Похоже, что негативно оценивали действия Руднева и его коллеги. Несмотря на официальный статус героя, офицеры Черноморского флота, куда Руднев был направлен в качестве командира строившегося линкора «Андрей Первозванный», фактически объявили ему бойкот. В конце концов Руднев подал рапорт об уходе в отставку.

Японцы же 1 февраля заняли Сеул, выполнив таким образом второй пункт своего плана. 22 февраля они обстреляли с моря Владивосток. В течение 50 минут японцы выпустили по городу более 200 снарядов крупного калибра. Береговые батареи Владивостока тем временем молчали — наши генералы установили дальнобойные орудия таким образом, что они могли стрелять только на дальность в четыре километра. А японцы вели обстрел с восьми, не входя в зону поражения русских пушек.

Несимметричные ответы

Столкнувшись с таким неожиданным началом войны, Николай II принялся укреплять Дальний Восток кадрами и полномочиями. 28 января 1904 года адмиралу Алексееву были предоставлены права главнокомандующего армиями и флотом «для объединения действий военно-сухопутных и морских сил, сосредоточиваемых на Дальнем Востоке». 1 февраля вице-адмирал Макаров был назначен командующим порт-артурской эскадрой, при этом ему были предоставлены «и права главного командира портов Тихого океана». 12 февраля последовало назначение командующим Маньчжурской армией генерал-адъютанта Куропаткина как «самостоятельного и ответственного начальника».

Это назначение нуждается в комментарии. Такие поклонники Куропаткина, как генерал Деникин, уверены, что причиной его назначения стал большой авторитет, заслуженный Куропаткиным на должности начальника штаба прославленного генерала Михаила Скобелева. Недруги командующего Маньчжурской армией рассказывали другую историю.

Осенью 1900 года Николай II заболел брюшным тифом и с 1 по 28 ноября находился в тяжелейшем состоянии. Врачи не исключали летального исхода. Согласно закону о престолонаследии, в случае смерти Николая трон должен был занять его младший брат Михаил. Но группа министров и генералов во главе с Куропаткиным решила возвести на престол пятилетнюю дочь императора Татьяну Николаевну, а царицу сделать при ней регентшей. Николай выздоровел и переворот оказался не нужен, однако императрица Александра Федоровна не забыла своего «поклонника» и добивалась от супруга его продвижения. Так Куропаткин оказался главным кандидатом в победители Японии.

Что же до его службы в штабе Скобелева, то вот слова родной сестры Скобелева княгини Н. Д. Белосельской-Белозерской: «Мой брат любил Куропаткина, но всегда говорил, что он хороший исполнитель, а как военачальник является совершенно неспособным. Что он может только исполнять распоряжения, но не имеет способности распоряжаться — у него нет для этого надлежащей военной жилки, военного характера. Он храбр в том смысле, что не боится смерти, но труслив в том смысле, что он никогда не в состоянии будет принять решение и взять на себя ответственность». Война показала, что эта оценка была совершенно точной. Между тем на Дальнем Востоке оказалось три почти не зависимых друг от друга начальника — Алексеев и Куропаткин, которые расходились во взглядах на способы ведения войны, и Макаров, которого первые двое откровенно ненавидели, поскольку «шибко умный».

Помимо назначения на Дальний Восток сразу трех начальников царь решил провести мобилизацию. Но он по-прежнему не считал японцев серьезным противником, и потому вместо всеобщей мобилизации была проведена частная — всего таких частных мобилизаций за время войны было девять! Очевидно, что если бы не шапкозакидательские настроения Николая и его придворных, на Дальний Восток надо было перебросить наиболее боеспособные части из западных военных округов России. Но это было равносильно признанию японцев серьезным противником, и царь уперся.

Официально отказ от переброски войск объяснялся недопустимостью оголения западной границы ввиду германской угрозы. Но такой угрозы просто не было: в течение всей войны Германия оказывала России однозначную и безусловную политическую поддержку. Сразу после нападения японцев на Порт-Артур германский рейхсканцлер граф Бернхард Бюлов выступил в парламенте с заявлением, что «германская политика не допустит порчи дружественного характера русско-германских отношений и не даст увлечь себя в ссору с Россией».

Это были не пустые слова. После «Гулльского инцидента», когда 8 октября 1904 года русские корабли по ошибке обстреляли в Северном море английские рыболовные суда, приняв их за японские миноносцы, возникла более чем реальная угроза, что британцы объявят войну России. Эта опасность миновала в первую очередь благодаря Германии, которая недвусмысленно заявила о своей готовности вступить в войну на стороне русских. После чего англичане удовлетворились лишь выплатой компенсаций пострадавшим рыбакам.

Как бы то ни было, Николай решил войска с западного фронта не снимать, и на войну с прекрасно обученной японской армией отправились резервисты, многие из которых впервые в жизни взяли в руки мосинскую трехлинейку. Еще более губительным стало решение царского правительства призвать на войну представителей некоренных национальностей, которые до того в армию никогда не призывались, — евреев, финнов, поляков, прибалтов. Большинство из них (кроме финнов, поскольку Финляндия просто бойкотировала царский указ о привлечении ее граждан к воинской повинности) моментально дезертировало, переходило на сторону японцев и оказывалось в спецлагерях, где английские и американские инструкторы готовили борцов против режима. Результаты этой работы Россия в полной мере ощутила в 1917 году.


Далее — по плану

Между тем японцы продолжали претворять в жизнь свой план.

21 апреля началась высадка трех японских дивизий в местечке Бицзыво, примерно в 100 километрах от Порт-Артура. Поскольку противодействие высадке противника на Ляодунском полуострове планом Куропаткина от 1901 года не предусматривалось, русские войска даже не пытались помешать японцам.

В результате 28 апреля японская армия перекрыла железнодорожное сообщение Порт-Артура с Маньчжурией, выполнив таким образом третий пункт своего плана. Адмирал Алексеев требовал удара по японской армии с целью деблокады Порт-Артура, Куропаткин же решил предоставить крепость собственной участи — до подхода подкреплений из России.

В Корее ситуация складывалась не лучше. Здесь первый крупный бой между российскими и японскими войсками состоялся на реке Ялу. Русские занимали позиции на правом, более высоком берегу, и считали это достаточным основанием, чтобы никаких дополнительных работ по укреплению обороны не проводить. Позиция состояла лишь из окопов неполного профиля, артиллерийские батареи располагались на скатах высот, обращенных в сторону противника. Стрельба из орудий готовилась только прямой наводкой. Начальник штаба русских войск подполковник Линда заявлял: «Зачем надо укреплять береговые позиции — неужели японцы предпримут переправу против укрепленной позиции? Очевидно, нет, и изнурять напрасно людей было бы ошибкой начальника отряда».

Расплата за лень оказалась жестокой. 18 апреля японская артиллерия открыла огонь по русским позициям, полностью подавив нашу артиллерию, а затем пехота переправилась вброд через реку и начала окружение русского отряда. Оказавшись в безвыходном положении, русские вынуждены были рассеяться и уйти в горы. В бою на реке Ялу русская армия потеряла более трех тысяч человек, японцы — втрое меньше.

Затем был бой у Дашичао, который русские и японцы провели «на равных», но в итоге русское командование дало приказ на отступление, что дало японцам право считать это своей победой. Но главное — мы потеряли важный в политическом и экономическом отношении порт Инкоу, захватив который японцы значительно облегчили снабжение своей армии.

11 августа генерал Куроки атаковал русский 10-й корпус под Ляояном, но в четырехдневном сражении японцы были отражены по всему фронту. Однако несмотря на это в ночь на 15 августа начался отход русских войск на запасные позиции. 17 августа завязалось решительное сражение. Благодаря большому численному превосходству русские имели все шансы на победу, однако дух командующего Маньчжурской армией Куропаткина уже был надломлен, и в ночь на 21 августа он отдал приказ всей армии об отступлении на север. У японцев не было ни сил, ни свежих частей, чтобы преследовать русских: 22 августа они заняли Ляоян и остановились. В Ляоянском сражении русская армия потеряла 18,3 тысячи человек.

1 января 1905 года пал Порт-Артур. Еще за четыре месяца до этого генерал-лейтенант Кондратенко передал коменданту крепости Стесселю служебную записку, в которой сообщал: «Если мы теряем Порт-Артур, то, в сущности, кампания безвозвратно проиграна, и наш военный неуспех принимает унизительные для государственного достоинства размеры. Рассчитывать же на своевременную выручку Порт-Артура нашей армией или флотом едва ли возможно. Единственным почетным выходом из такого положения является, поэтому, заключение теперь, до падения Порт-Артура, мирных условий, которые несомненно можно установить не унизительными для народного самолюбия».

Стессель не решился даже серьезно рассмотреть эту записку. Он ждал резкого ухудшения ситуации, которая позволила бы ему сдать крепость без большого вреда для личной карьеры. Только после того, как защитники Порт-Артура отбили четыре штурма, он решил, что время пришло, и 29 декабря 1904 года отправил к японцам парламентеров с предложением начать переговоры о капитуляции. Акт о капитуляции и график передачи крепости были подписаны 2 января 1905 года.

Японцы поблагодарили господина Стесселя и с миром отпустили, разрешив увезти из Порт-Артура многочисленные золотые вещи и драгоценности и даже предоставив специальный поезд для отправки на родину. 16 февраля генерал благополучно вернулся в Петербург. С 1905 года в разных изданиях мелькают слухи, что за капитуляцию Стессель получил от японцев взятку в 5 млн долларов. В качестве доказательства указывается заявление японского генерала Ота, что «одной самурайской храбрости и мужества было недостаточно для овладения Порт-Артуром — потребовалось также наличие искренних отношений между генералом Ноги и Стесселем».

Печальный финал

Куропаткин в Маньчжурии тем временем все еще «накапливал силы», но к началу февраля 1905 года к японцам подошло серьезное подкрепление — армия генерала Ноги, освободившаяся после сдачи Порт-Артура. 12 февраля японцы атаковали русских, начав Мукденское сражение. До 16 февраля по всему фронту шел жестокий бой. Растерявшийся Куропаткин выдергивал отдельные подразделения из частей и лихорадочно бросал их на ликвидацию прорывов под командованием случайных начальников. К 22 февраля все корпуса и дивизии 2-й русской армии были раздерганы на небольшие отряды. 24 февраля японцы прорвали русский фронт, в прорыв хлынула японская гвардия, громя русские тылы.

«Первый раз за время войны я видел панику», — писал о Мукденском сражении генерал Деникин. Вечером 24 февраля генерал Куропаткин отдал приказ об общем отступлении. Русская армия отступила на 120 километров к северу от Мукдена, обессиленные японцы ее не преследовали. После этого на фронтах наступило затишье — у японцев не было сил для новых атак, а русские ждали подхода из Петербурга эскадры под командованием адмирала Зиновия Рожественского.

«Особенно буйствовали и бесчинствовали по всему армейскому тылу возвратившиеся из японского плена и там распропагандированные матросы и солдаты», — вспоминал генерал Деникин

В середине мая 1905 года эскадра, пройдя 12 тысяч миль вокруг Африки, вошла в Восточно-Китайское море. Именно здесь Рожественский должен был решить, какой выбрать маршрут, чтобы достичь Владивостока. Было три пути. Самый короткий — через Корейский пролив с островом Цусима посередине, второй вариант — пролив Цугару между японскими островами Хонсю и Хоккайдо, третий — дальше к северу — пролив Лаперуза между островом Сахалин и северной оконечностью Японского архипелага. Два последних маршрута были самыми безопасными, поскольку пролегали далеко от японских военно-морских баз в Корее.

Рожественский выбрал самый короткий и рискованный маршрут. 27 мая японский крейсер «Шинано Мару», который вел патрулирование в Цусимском проливе, обнаружил колонну российских линкоров и крейсеров. Русские тоже увидели военный корабль противника. Все ожидали, что Рожественский вышлет свои самые быстроходные крейсеры, чтобы уничтожить японца. Но тот лишь приказал флоту навести все орудия на «Шинано Мару», а приказа открыть огонь не отдал. Японцы тем временем по радио сообщали в штаб адмирала Того о составе и направлении движения русской эскадры…

В середине дня 28 мая моряки русской эскадры увидели на горизонте японский флот. Затем адмирал Того быстрыми и умными маневрами вынудил русские корабли попасть под свой собственный перекрестный огонь, безжалостно уничтожая их один за другим. Только трем кораблям из пятидесяти девяти удалось достичь Владивостока, остальные либо погибли, либо сдались японцам. На одном из захваченных японцами судов находился раненый адмирал Рожественский, который попал в плен. Последние надежды русского командования на достойное завершение войны растаяли.

25 мая 1905 года американский посол в Петербурге Мейер запросил срочной аудиенции у императора, во время которой сообщил о готовности США выступить посредником в переговорах о заключении перемирия между Россией и Японией. 29 июня главным уполномоченным по ведению мирных переговоров с Японией был назначен Сергей Витте. 23 августа был подписан Портсмутский мирный договор, по которому Россия признала Корею сферой исключительного влияния Японии, уступала японцам арендные права на Ляодунский полуостров с Порт-Артуром и Дальним, Южно-Маньчжурскую железную дорогу и южную половину острова Сахалин. Все русские корабли, сдавшиеся в плен, а также поднятые японцами со дна моря, оставались у них.

Япония требовала три миллиарда долларов контрибуции, но Николай II гордо заявил, что Россия еще никогда и никому не платила контрибуций, и предложил взамен оплатить содержание русских пленных в Японии. Сошлись на 46 млн рублей золотом.

До конца Второй мировой войны Япония праздновала день победы под Мукденом как День сухопутных войск, а дату победы при Цусиме — как День Военно-морских сил.


Последствия войны

Уникальность Русско-японской войны в том, что в ходе нее значительная часть российского общества сочувствовала противнику. В начале 1905 года социал-революционеры издали брошюру под заглавием «К офицерам русской армии», где говорилось: «Всякая ваша победа грозит России бедствием упрочения “порядка”, всякое поражение приближает час избавления. Что же удивительного, что русские радуются успехам наших противников». А летом, во время мирных переговоров, известный эсер Владимир Бурцев прислал Сергею Витте в Портсмут письмо, в котором утверждал: «Надо уничтожить самодержавие, а если мир может этому воспрепятствовать, то не надо заключать мира».

По мере поступления сведений о все новых неудачах русской армии обстановка внутри страны быстро накалялась. 9 января 1905 года около 300 тысяч рабочих Путиловского, Петербургского металлического, Обуховского и других оборонных заводов Петербурга по призыву агента жандармского управления Георгия Гапона вышли на манифестацию и двинулись к Зимнему дворцу с намерением передать царю петицию. Демонстрация была расстреляна гвардейскими полками. Погибло, по разным данным, от 130 до 2000 человек (убитые были похоронены полицией тайно ночью, так что точное количество погибших установить невозможно). Стало понятно, что спецслужбы вышли из-под контроля царя и начали свою политическую игру.

Кстати, требования демонстрантов носили исключительно экономический характер. Дело в том, что во время войны цены на товары первой необходимости в России существенно выросли, так что уровень жизни рабочих заметно снизился. Царское же правительство тратило сотни миллионов золотых рублей на закупку вооружений за рубежом — небольшой доли этих сумм хватило бы для погашения недовольства рабочих. Но на финансовых потоках сидели родные и близкие Николая.

После сообщения о цусимской катастрофе публика освистала в театре Великого князя Алексея Александровича: «Пошел вон, князь Цусимский!» А при появлении на сцене его любовницы Балетты закричала: «На твоих бриллиантах кровь наших матросов». 30 мая 1905 года Великий князь Алексей Александрович подал в отставку с должности главного начальника флота и Морского ведомства («Больно и тяжело за него, бедного!» — записал в своем дневнике Николай II) и вместе с Балеттой уехал в Париж.

Под влиянием растущих народных волнений Николай II издает манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», которым в России впервые вводилась конституция. «Вместо успокоения Манифест вызвал новые волнения, — вспоминал генерал Деникин. — Везде зазвучали призывы: долой “лишенное доверия самодержавное правительство”, долой поставленные им местные власти, долой военных начальников, вся власть — народу!»

Во многих местах возникли Советы рабочих и солдатских депутатов и забастовочные комитеты. Официальные власти растерялись. Губернаторы утверждали в качестве официальных распоряжений постановления забастовочных комитетов и солдатских митингов. «Особенно буйствовали и бесчинствовали по всему армейскому тылу возвратившиеся из японского плена и там распропагандированные матросы и солдаты, — вспоминал генерал Деникин. — Они не слушались ни своего начальства, ни комитетского, требуя возвращения домой сейчас, вне всякой очереди, и не считаясь с состоянием подвижного состава и всеми трудностями, возникшими на огромном протяжении Сибирского пути. Деньги, выданные им на проезд, пропивались тут же на Харбинском вокзале, а потом голодные толпы громили и грабили вокзалы, буфеты и пристанционные поселки по всему Великому Сибирскому пути».

Вдоль трассы Транссиба образовался целый ряд «республик» — Иркутская, Красноярская, Читинская и т. д. Страна стремительно распадалась на феодальные княжества, контролируемые бандитами. По инициативе главы правительства Сергея Витте для восстановления порядка на Транссибирской магистрали в Сибирь были направлены регулярные армейские части. Дивизия генерала Меллер-Закомельского двигалась от Москвы на восток, дивизия генерала Ренненкампфа — от Харбина на запад. Более или менее восстановить порядок в стране властям удалось только к 1907 году, но это уже была другая Россия — ненавидевшая и презиравшая царя, его приближенных и армию.

Во время и после Русско-японской войны резко усилились сепаратистские настроения на национальных окраинах Российской империи. Польская социалистическая партия (ППС) отозвалась на начало Русско-японской войны воззванием с пожеланием победы японской армии. Летом 1905 года во главе боевой организации партии встал Юзеф Пилсудский, и начался кровавый террор против представителей российской администрации. Было совершено покушение на варшавского генерал-губернатора Скалона, последовали убийства полицейских. Кстати, еще в мае 1904 года Пилсудский ездил в Токио с предложением сформировать польский легион для японской армии, организовать для японцев службу шпионажа и диверсионные отряды для взрыва мостов в Сибири. Взамен просил у японцев оружие, снаряжение, деньги и гарантии, что при заключении мирного договора с Россией Япония потребует предоставления Польше независимости.

В Финляндии сепаратистами был убит генерал-губернатор Бобриков. В Закавказье с началом войны состоялся ряд манифестаций с требованиями независимости от России, а закавказский шейх уль-ислам обратился к своим единоверцам с воззванием «в случае надобности принести и достояние, и жизнь» на борьбу с Россией. Эти зерна дадут обильный урожай в 1917 году.

Не менее серьезные потрясения вызвало поражение России и на международной арене. Это было первое в истории поражение первоклассной европейской военной державы от неевропейской страны. Победа, «одержанная желтой расой над белой», как отмечали сами японцы, выдвинула Японию в ранг первоклассных мировых держав и радикально укрепила ее имперские амбиции. За что Западу придется дорого заплатить в годы Второй мировой войны.

Великобритания в результате потери русскими Порт-Артура и ведущей к нему железной дороги вернула себе монополию на поставку товаров из Китая в Европу морским путем. Россия же потеряла шанс стать транспортным коридором между Азией и Европой, а российский Дальний Восток остался малоосвоенной окраиной страны, каковым и остается по сей день. Хуже того, с уверенностью можно говорить, что именно Русско-японская война выбросила Россию из ядра мировой капиталистической системы XX века: Британия и США перестали рассматривать ее как серьезную промышленную державу. Роль промышленного лидера Восточной Азии надолго закрепилась за Японией. В целом война показала, насколько Россия внутренне слаба и не сформировалась еще в качестве единого целостного государства.

Логично было бы предположить, что Россия после окончания войны оценит поддержку Германии и вступит с ней в союз против японской союзницы Англии. Однако это автоматически означало бы разрыв отношений с главным кредитором — Францией, состоявшей в союзе с британцами. Россия, не имевшая сильной национальной банковской системы и жившая за счет привлечения иностранных займов, этого себе позволить не могла, и в 1907 году заключила договор о дружбе с Англией, фактически направленный против Германии, обрекая себя на катастрофу Первой мировой войны.
Максим Рубченко
«Эксперт», №1 (590), 31 декабря 2007
Tags: 20-й век, версии и прогнозы, войны и конфликты, дальний восток, запад, идеология и власть, история, либероиды и креаклы, мнения и аналитика, общество и население, правители, противостояние, пятая колонна, развал страны, романовы, российская империя, япония
Subscribe

promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments