mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Последнее интервью Платона Еленина (Бориса Березовского)

Блог Толкователя встретился с опальным олигархом Платоном Елениным (Борисом Березовским) 21 марта – за два дня до его смерти.

Платон Абрамович был бодр и мечтателен. Он строил планы на скорое возвращение в Россию, и в его словах не было намёка на скорый уход из жизни.



Друг Блога Толкователя Сергей Тимофеев, проживающий в Лондоне, встретился с Платоном Абрамовичем в его поместье в городке Аскот. Это интервью не предназначалось для печати – Тимофеев пишет книгу о российских политических беженцах, осевших в Англии, и в ней будет глава о Еленине (Березовском). Обдумав больше недели, мы всё же решили опубликовать этот разговор. ©
— Вам уже 67. Никогда не задумывались, что бы сделали в жизни по-другому, если бы у вас была такая возможность? Например, как бы повели себя в 1999 году — вновь поддержали бы Путина?

— На самом деле время подведения итогов ещё не наступило. А вот через 20 лет я вам на этот вопрос отвечу.

Я никак не могу остановиться в своем беге. Могут спросить: куда я бегу? Но это моя жизнь… Наслаждение в моей жизни только одно: думать о будущем. В будущем я надеюсь жить где-нибудь за городом, под Москвой, где прошло моё детство. Там же, наверное, будет и главная любовь. Потому что иногда мне кажется, что по-настоящему я ещё не любил.

Подмосковье – это мои родные места. Учился сначала за городом, где работал отец. Он работал в Новом Иерусалиме на кирпичном заводе главным инженером, а мы жили в Истре. А до этого мы жили в Загорске. Кстати, когда мы с родителями попали в автомобильную аварию, как сейчас помню, это было на Троицу, в День защиты детей. Всей семьей мы угодили в больницу. И первым, кто к нам приехал, был батюшка из Загорска, потому что отец поставлял стройматериалы для строительства церкви. Вот, может быть, тогда и был первый импульс моего будущего интереса к вере.

- К православной вере или иудаизму?

- Моё понимание той среды, которую называют «русским еврейством», весьма ограничено, ибо я не чувствовал своей принадлежности к этой среде. Моя первая жена – русская, моя третья жена – русская, а вторая жена – татарка. Но мне кажется, что все-таки есть отличия в самосознании русского и еврея. Есть черты, которые зародились не в течение одного поколения, а складывались столетиями, тысячелетиями. Судьба еврейского народа совершенно отлична от судьбы русского народа. Иногда диаметрально противоположна. Евреи – очень древняя нация, а русские – молодая.

Особенность русских состоит в повышенной чувствительности к окружающей среде, к новой информации, к изменениям, уже произошедшим или происходящим сегодня. Блестящая память. Чтобы мне запомнить песню, мне надо прослушать её сто раз, и то не запомню слова, должен сесть и выучить. А вот моей жене Лене совсем не нужно было напрягаться. Раз услышала – и запомнила. В чём сила евреев по сравнению с русскими? В интуиции. Это не расчёт. Вот я плохой аналитик, плохо считаю, плохо играю в шахматы. Но каким-то таинственным образом чувствую, что произойдет через некоторое время. Если в логических терминах сформулировать это различие, то русские – это индуктивный способ мышления, а евреи – дедуктивный способ.

Мне, конечно, очень грустно констатировать, что сегодняшние беды России прежде всего задевают русских. Действительно происходит катастрофа массового вымирания, и прежде всего русских. И опять же, я должен был найти для себя этому объяснение. И объяснение, к сожалению, неутешительное. Русские всегда слишком полагались на государство, на власть, на царя-батюшку, на генерального секретаря, верноподданнически служили им, получая взамен определённые гарантии безопасности. И если евреям приходилось как-то крутиться для того, чтобы в институт попасть, чтобы членом партии стать, то русскому не нужно было крутиться.

Политика страны – прямое продолжение самосознания нации. Сейчас русские, с моей точки зрения, глубоко не уверенная в себе нация. Они не нашли способа компенсировать эту неуверенность, как это сделали немцы. Если угодно, немцы – это цивилизованные русские. Русские и немцы очень близки. Ни одна нация не смогла укорениться в России так, как немцы. Ни одна западная нация, я имею в виду. Мне кажется, что основная проблема русских, связанная с неумением сформулировать внешнеполитическую и внутриполитическую стратегию, — это глубокая неуверенность в себе.


- Наверное, не случайно, что именно фанат Германии, человек, этого не скрывающий, Путин стал президентом? Вы видели его вблизи, дружили с ним – вы можете сказать, что он «русский немец»?

- Путин в первую очередь русский. Например, он умеет дружить и ненавидеть, причём одного и того же человека – типично русская черта.

Есть личные истории, которые нас связывают. Премьер Примаков пытался посадить меня в тюрьму. Оттуда, где я появлялся, люди бежали. Никто не хотел меня знать (это происходило в 1999 году – БТ). Но Путин пришёл на день рождения моей жены, хотя он не был приглашен. Он сказал: я пришёл, чтобы поддержать тебя. Я ответил: у тебя будут проблемы с Примаковым. Он рисковал ради меня, хотя ни до того, ни после того он не был гостем на наших семейных праздниках.

А однажды он мне сказал: «Ни у тебя, ни у меня нет ни сестры, ни брата, поэтому можешь поверить — ты для меня даже больше, чем брат».

- Почему же Путин из «брата» стал вашим недругом? Как и когда это произошло? Вы помните эту точку перелома в отношениях?

- Хорошо помню тот день. Это было в августе 2000 года, сразу после трагедии с подлодкой «Курск». Мы собрались втроём – я, Путин и Волошин. Долго беседовали. Я высказывал свои сомнения относительно того курса, которым идёт страна. Путин встал и сказал (впервые!): «До свидания, Борис Абрамович!» (до этого он называл меня Боря или Борис), я ответил: «Прощай, Володя!», и мы остались вдвоём с Волошиным.

Несмотря на то, что наши отношения были предельно ясны, я спросил: «Ну что, Саша, привели на свою голову чёрных полковников?». Он почесал в затылке и буркнул: «Я так не думаю», хотя сомнение в его голосе я почувствовал.

Уже уходя, попросил его о последней услуге: «Сейчас я поеду в свой офис, напишу Володе письмо, а ты ему передай, пожалуйста».

Суть моего короткого послания была очень проста – я привеёл цитату одного американского журналиста, который утверждал: «Каждая проблема имеет простое решение, и всегда ошибочное». Собственно, я повторил мысль, изложенную в письме 31 мая – написал ему, что Россия тяжело больна, что есть масса проблем и ни одна из них не имеет простого решения. Закончил словами: «Если сочтёшь, что для решения этих проблем могу быть полезен, всегда готов. В общем, прощай, Володя!».


- Теперь вы в жёсткой оппозиции Путину и его курсу. Одно время вы грезили революцией в России, потом решили идти эволюционным путём, создав «Движения Воскресения», целью которого объявили создание конституционной монархии в стране. Сегодня, похоже, вы разочаровались и в эволюционном пути. Что осталось из привычных средств, натиск Запада на Россию?

- Я в огромной степени разочаровался в западных политиках за 10 лет, я разочарован их безволием, их глупостью. Они не видят того, что у них под носом, они абсолютно не понимают, как устроен современный мир. Единственная надежда для нас, для наших детей на какое-то будущее, нормальное будущее свободного человека, – это всё-таки Запад, западная цивилизация, но лидеры этой цивилизации оказались беспомощны. Понятно, что Путин тоже на это рассчитывает, он рассчитывает на то, что они такие гуттаперчевые. И они ему сильно помогают.

- На то, что россияне справятся своими силами, надежд уже нет?

- В России мнение народа не имеет вообще никакого значения. Имеет значение мнение так называемой элиты. Это просто те люди, которые влияют на принятие решений и принимают решения на региональном и на федеральном уровне. По моим оценкам, их приблизительно от 2 до 5 тысяч человек. Есть суперэлита – их приблизительно 50 человек. Это те, кто принимают решения или влияют на принятие решения, которые принимают премьер-министр и президент. Из них, наверное, 10 человек, может быть, хотели бы возврата Путина, и то с большим опасением. Те же самые Сечин, Патрушев, Иванов один, Иванов второй, Тимченко, может быть… А 40 человек не хотят. Вот я уверен, например, что Абрамович, Дерипаска, Фридман, Волошин, тот же самый Собянин – не хотят, боятся его. И это очень важно, что по существу опереться ему уже очень сложно на кого-то.

Эта элита очень важна, она, собственно, и была его единственной базой. Но она боится его. Так вот, мой рецепт очень простой: нужно воздействовать на элиту. А вся элита – она в России на вахте, они приезжают в Россию, чтобы заработать деньги, а тратят они их не в России, тратят они их на Западе, и хранят деньги на Западе, в западных банках, и дети их здесь учатся, и дома у них здесь, и отдыхают они здесь, их жены и любовницы здесь. И поэтому нужно воздействовать на них. Как на них воздействовать? Очень просто: визы аннулировать. И не нужно даже для 2-5 тысяч человек, а для 200 человек. И второе: тотальная проверка и блокирование счетов. Всё, больше ничего не нужно! Они сами вынесут Путина ногами вперёд.

- Ну вынесли. А дальше что? Через какое-то время новый «чёрный полковник»? Кого вы видите в лидерах новой России?

- Для того, чтобы говорить о лидере-демократе, нужно, чтобы этот демократ представил свою идеологическую позицию. Вот как в свое время коммунисты написали Манифест Коммунистической партии – вот пускай этот демократ изложит внятно свою позицию и скажет что-нибудь помимо «долой Путина», что-то идейное. Тогда можно будет говорить о том, кого я поддержу или кого поддержат другие люди.

Одна из самых больших проблем, которая сегодня существует в оппозиционном движении – это отсутствие внятной идеологии. Я не говорю, чтобы она была единой у всей оппозиции. Их может быть несколько: националистическая, либеральная, социалистическая. Но ни у кого, кроме товарища Зюганова, на сегодня идеология не сформулирована.


- Что это может быть за идеология, за которой пойдёт хотя бы 51% избирателей?

- Я не раз говорил и писал раньше об этом, – к примеру, в «Манифесте российского либерализма», где абсолютно отчетливо прописана патриотическая идея. Там я говорю о необходимости «перекрестить» патриотов-державников в патриотов-либералов, что стало бы залогом успешного политического развития России. Главное их различие в том, что патриоты-державники исповедуют приоритет государства над личностью, а патриоты-либералы – приоритет личности над государством.

Мне очень нравится образное высказывание покойного Александра Лебедя о демократии. Он любил говорить: «В бедной стране большинство не может быть дальновидным. Большинство живёт сегодняшним днем. Нищие хотят съесть всё и сразу». Возможно, это главный изъян российской демократии.

- Спасибо вам за интервью. Надеюсь, в следующий раз мы побеседуем с вами уже в России, где-нибудь в Подмосковье, как вы мечтаете.

- Да, я точно доживу до этого дня.
Tags: биографии и личности, идеология и власть, известные люди, интервью и репортаж, нравы и мораль, олигархат и корпорации, политика и политики, путин, россия, смерти и жертвы
Subscribe
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям 2leep.com
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments