mednat64 wrote in eto_fake

Голубое платье (мистическая история)


Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". 

ГЛАВА 1 «Голубое платье»

Террорист №1 в России Шамиль Басаев и фотокорреспондент журнала "Огонёк" Наталья Медведева. Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье». Мистическая история.
Террорист №1 в России Шамиль Басаев и фотокорреспондент журнала "Огонёк" Наталья Медведева. Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье». Мистическая история.

Эта мистическая история произошла во время войны в Чечне с полевым командиром чеченских боевиков Шамилем Басаевым. ...Да, это тот самый террорист №1 в России Шамиль Басаев, который был главарем чеченской банды мусульман во время захвата неверных в больнице и роддоме города Буденновск, в июне 1995 года.

Мистическая история, которую я вам расскажу, произошла весной 1995 года, в селе Ведено, когда о Шамиле Басаеве никто не писал в СМИ и никого не интересовало существование обычного бандита, полевого командира мусульман боевиков, которые воюют с Российской армией и очищают территорию Чечни от неверных и евреев.

В марте 1995 года я третий раз поехала в Чечню, где шла война, организованная мусульманами. Поездка на войну – дорогостоящее удовольствие для журналиста. Чтобы журналисту быть мобильным и передвигаться по военной территории нужно платить за автотранспорт, а в редакции «Независимой газеты» и в журнале «Огонёк» не дают денег на автотранспорт для таких поездок. Но я нахожу выход и все равно работаю и фотографирую в Чечне. Я езжу по Чечне автостопом и ночлег нахожу, обращаясь то к военным чеченцам, то военным российской армии.

В мою комнату, где я ночевала с медсестрой местного госпиталя, утром постучали. Открываю дверь комнаты и вижу, что стоят три чеченских боевика с автоматами в руках. Местные чеченцы законов РФ не признают. Они живут по своим законам, поэтому ходят с автоматами по улице и зелеными бантиками на голове. 

На этих зеленых бантиках химическим карандашом чеченцы пишут арабские слова и завязывают бантиками голову. Когда они снимают зеленые бантики, то у них на лбу остаются арабские надписи. Чеченцы начинают сразу молиться и говорят, что это чудо, которое сделал Аллах. А я смеюсь над глупыми чеченцами и объясняю им, что когда они потеют, то надпись на зеленом бантике сделанная химическим карандашом - намокает, и поэтому остается отпечаток на лбу от химического карандаша.

После моих объяснений чеченцы обижаются на меня и отходят от меня. Им так хочется чуда, поэтому им больше нравиться верить в то, что это Аллах «чудо» сделал. Но это не чудо, а химическая реакция химического карандаша и воды. Поэтому зачем на меня обижаться? Ведь я же права. Я говорю то, что есть. Я говорю истину. Аллах не умеет делать чудеса. Чудеса и волшебство может делать только настоящий Бог.

Вооруженные чеченские мужчины с зелеными бантиками на башке просят у меня разрешение войти в комнату. 

— Проходите.

Вооруженные мужчины заходят в мою комнату и говорят, чтобы я собрала все свои вещи, какие у меня есть. Я должна идти с ними. На их вопрос «где медсестра?», я ответила, что она на работе, в Веденском госпитале.        Чеченские боевики заглянули под кровати, на которых мы с медсестрой спим и попросили открыть шифоньер. Они хотят посмотреть, что там, в шифоньере?

— Моих вещей в шифоньере нет, — говорю я вооруженным чеченцам.

— Открой шифоньер! — Приказным тоном говорит чеченец.

Открываю шифоньер. Он полупустой. У медсестры, с которой меня поселили в эту комнату, вещей в шифоньере почти нет. У медсестры трое детей, которые живут в другой квартире этого дома.

Вооруженные чеченцы попросили меня поскорее одеться и фотоаппарат не доставать. Сказали, что фотографировать мне не придется. Я быстро одела свитер, куртку и красную шапочку на голову, даже расчесать волосы не стала. Некогда. Меня торопят вооруженные чеченцы с зелеными бантиками на башке.

— Все! Я готова! Можно идти.

Дверь квартиры мы с медсестрой не закрываем. У меня нет ключа. Точнее ключ только один и он все время у медсестры. В нашей комнате нечего воровать, если честно.

Мою сумку с вещами несет мирный житель села Ведено с бантиком на башке и с автоматом в руках, а я кофр с фотоаппаратурой несу. Еще два чеченских боевика идут сзади меня, как охрана.

Все очень серьезно и меня это немного пугает. Иду и думаю, что меня сейчас опять будут расстреливать. Меня уже 2 раза на расстрел водили чеченские боевики. А может меня сейчас будут выгонять из села Ведено? Чеченские боевики скрутят меня, запихают меня в машину и скажут - езжай отсюда. Чеченцам не нравится, что я живу в селе среди чеченцев и все время фотографирую. Им это кажется подозрительным. У меня работа такая, всё и всех фотографировать. Я же фотокорреспондент!

У меня всё время спрашивают жители села: «- Ты из ФСБ, или нет?» Еще спрашивают, в какой должности в ФСБ я служу. Меня замучили чеченцы этими вопросами про ФСБ. По сто раз в день об этом спрашивают вооруженные боевики и жители Чечни. Я иногда отшучиваюсь и говорю, что я – генерал-полковник ФСБ. Если честно, то я в погонах вообще не разбираюсь. Наверно это круто быть генерал-полковником ФСБ, поэтому я так шучу. Но чеченцы шуток не понимают и поэтому меня уже два раза водили на расстрел. Но расстрелы на меня не действуют. Я все равно не уезжаю из Чечни и все фотографирую.

Комендант селе Ведено Ширвани Басаев не знает, как от меня избавиться. А я не уеду отсюда, без интервью с Джохаром Дудаевым. Я четвертую неделю в Чечне нахожусь. Потратила редакционные деньги, выданные мне на 5 дней в журнале «Огонёк», и вернуться из района боевых действий в Москву без интервью с Дудаевым - я не могу.

Мне Джохара Дудаева найти надо, а где его найдешь, если он прячется. Я, кроме Абу Мовсаева, Асланбека большого, Шамиля Басаева, Ширвани Басаева и других боевиков бандитов - никого больше не знаю в Чечне. Куда мне бедной журналистке податься? Где этого Джохара Дудаева найти и сфотографировать? Ведь Дудаев тоже бандит, как и Абу, Асланбек, Шамиль и Ширвани. Поэтому я по правильному адресу пришла. Без интервью с Дудаевым не уеду из Чечни, пусть даже и не думают! Если выгонят - все равно вернусь! Меня ничем не напугаешь, даже угрозой расстрела.

Я, в сопровождении вооруженных мусульман боевиков, захожу в первый подъезд дома. Мы поднимаемся по лестнице на третий этаж и заходим в кабинет коменданта села Ведено Ширвани Басаева. В комнате находятся: Ширвани Басаев, его брат Шамиль Басаев (полевой командир боевиков) и несколько мусульман боевики с зелеными бантиками на башке, и с автоматами Калашникова в руках. Еще трое боевиков чеченцев пришли, которые меня сопровождали и встали так, чтобы охранять входную дверь. А я у окна встала.

Чеченец ставит мою сумку с вещами на стол, за которым обычно сидит Ширвани. Но сейчас все мужчины в комнате стоят и подозрительно смотрят на меня. Они что-то затеяли. Сейчас что-то будет и я боюсь этой неопределенности. Меня просят отойти от окна и встать у стены, с другой стороны комнаты. Я обошла длинный стол, за которым боевики во главе с Ширвани Басаевым проводят разные совещания, и встала у стены. Ширвани просит меня резких движений не делать и не делать никаких глупостей.

— Что такое? В каком смысле? — Спрашиваю я.

Ширвани спрашивает меня, это все вещи, которые у меня есть, или есть еще вещи? Я отвечаю, что это все что у меня есть. Шамиль Басаев смотрит на мою сумку и тоже спрашивает: « - Точно все вещи Наталья? Может у тебя есть еще вещи где-нибудь есть?».

— Нет. Это все что у меня есть из вещей!

Шамиль Басаев говорит Ширвани Басаеву, что моя сумка маловата. В эту сумку «оно» не влезет.

— Наташа, где платье? – спрашивает меня Ширвани Басаев.

— Какое платье?

— Голубое платье! – говорит Шамиль Басаев.

— Я не знаю никакого голубого платья.

…Так. Мне все понятно. Наверно у кого-то украли голубое платье и решили, что это я своровала. Я ничего не брала ни у кого. Этого мне еще не хватало! Меня чеченские боевики в воровстве обвиняют! 

Шамиль стал рассказывать про голубое платье, описывая его фасон. Платье с глубоким вырезом, приталенное, длинное и по описанию похоже на свадебное платье, или бальное. 

Ага! Я понимаю так, что стырили у кого-то свадебное платье голубого цвета и решили у меня его найти. Шамиль говорит по-чеченски, обращаясь к боевикам, употребляя слово «госпиталь». Дальше по-русски говорит, чтобы все посмотрели в моей комнате и все обыскали. И соседей в соседних квартирах опросили и обыскали их квартиры тоже. Шамиль просит, чтобы у всех жителей села спросили, где я была сегодня ночью? Вдруг меня кто-то видел ночью? Дальше опять по-чеченски говорит... Опять по-русски говорит... Опять по-чеченски. ...Взволнован Шамиль Басаев. Вид странный у него.

Я чеченский язык не знаю, но поняла по ситуации так… Получается, что послали за медсестрой в госпиталь. Будут всех обыскивать и всех допрашивать, так как у кого-то своровали платье голубого цвета. Видимо это платье очень дорогое, раз его ищут. 

Вы знаете, это очень неприятно, когда тебя обвиняют в преступлении, которое ты не совершал. Меня Шамиль Басаев подозревает в преступлении, в воровстве, которое я не совершала. Платье большое, типа бальное и в мою сумку «оно» не влезет, но Ширвани Басаев просит меня показать все, что у меня в сумке есть. Мою сумку и кофр хотят обыскать в присутствии свидетелей. У меня в сумке хотят найти это бальное, или свадебное голубое платье.

— Трусы тоже будете смотреть? – Стараюсь я хамить Ширвани Басаеву.

— Не надо это показывать...

Я открываю сумку с моими вещами. Вещей мало у меня, но я всё вынула из своей сумки и разложила на столе у Ширвани. Показываю пустую сумку. Мне разрешают все вещи сложить обратно в сумку. Потом открываю сумку кофр и показываю, что там только фотоаппаратура. В кармашках сумки бального платья нет, шучу я, но никто не смеётся над моей шуткой.

— Наташа, скажи, где была ночью? — Тихим голосом спрашивает меня Шамиль Басаев.

— Как где? Дома! В смысле, в комнате, куда меня поселили.

— Наташа, а что ты ночью делала?

— Как что? Что ночью делают? Спят, конечно. Я спала! Сначала мы пили чай с медсестрой, а потом спать легли.

— А ты всю ночь спала, или нет? Может, уходила куда-нибудь ночью?

— Я никуда ночью не ходила, я всю ночь спала!

— Ты врешь Наталья! Ты все врешь! Тебе лучше признаться и самой все рассказать. Куда ты платье дела? Ты его спрятала? Куда ты спрятала платье?! Мы обязательно его найдем. Мы всё обыщем и найдем это платье!          

Шамиль Басаев и все присутствующие чеченцы боевики, точно меня подозревают в краже голубого бального платья. Они уверены в том, что я платье своровала и спрятала.

— Признайся Наташа! Расскажи всё сама, по-хорошему. Зачем ты сегодня ночью к Шамилю приходила? Тебя из ФСБ подослали? Что ты у него искала? — Говорит Ширвани. 

Так! Еще круче ситуация получилась. Теперь меня обвиняют в том, что я по заданию ФСБ пришла ночью в дом Шамиля Басаева что-то у него искать и украла у него голубое платье. Что за бред? Я никуда ночью не ходила. Ширвани Басаев шутит, или нет? Странная у него шутка. 

Хочется тоже пошутить, но у всех этих чеченских мужчин с автоматами в руках физиономии очень серьёзные. Типа они воровку ФСБэшницу поймали, которая Шамиля Басаева обокрала ночью. У Шамиля точно, платье украли. Вернее у его жены. При чем тут я? Я не брала никакого платья! Я вообще не знаю, где этот Шамиль Басаев живет. Зачем мне приходить к нему ночью домой, чтобы своровать у него голубое платье его жены?        

Меня так серьезно обо всем спрашивают, что я понимаю – эти вооруженные мужчины не шутят и меня подозревают в краже платья из дома Шамиля Басаева. Я сейчас заплачу. Мне очень обидно это все слушать. Шамиль стоит и повторяет все время, чтобы я созналась во всем и сказать правду. ...Тяжелый случай. Что мне делать?

— Шамиль, я никуда не ходила ночью и ничего ни у кого не воровала, и я не из ФСБ. Я спала всю ночь! Я никуда ночью не ходила, а спала! Понимаешь? И я не знаю, где ты живешь! Мы с медсестрой чай вечером попили и легли спать, а утром меня разбудили вот эти трое. Вот и все!  Шамиль, я не воровала у тебя платья! Честное пионерское!

Трудно объяснить и как доказать, что ты спала ночью, если я правда спала. Все кто спал, т.е. медсестра в моей комнате, ее дети в соседней квартире и соседи в других квартирах, в доме, скажут, что я спала, потому, что они спали тоже. Бред и идиотизм! Как доказать что ты спала и ничего не брала, если ты спала? Я сейчас точно заплачу. 

Все чеченские боевики, находящиеся в комнате, переглядываются и Шамиль говорит...

— Наташа, тебя никто не обвиняет в краже платья. Это ты в этом голубом платье была одета. Ты в этом голубом платье приходила ночью в мой дом. Ты всю ночь что-то искала в моем доме. Ты разбила в моем доме всю мебель, всю посуду. Зачем ты это сделала? Что ты искала? Тебя из ФСБ подослали? Лучше тебе самой во всем сознаться по-хорошему, или мы силой заставим тебя все рассказать. Что ты искала в моем доме? Куда ты это платье дела?

Я потеряла дар речи услышав слова Шамиля Басаева. Я не поняла, что они от меня хотят, если у Басаева ничего не своровали?

— Я была в этом платье? Я была в голубом бальном платье? Я? Я в бальном платье приходила к Шамилю ночью домой? ...Ребята вы что, шутите?

— Нет, никто не шутит Наталья! -—Говорит Ширвани. - Ты одета была в этом голубом платье ночью и ты, что-то искала в доме у Шамиля! Что ты искала в его доме? Сознайся по-хорошему! Куда ты это платье дела?  Мы это платье все равно найдем! Все обыщем и найдем его! 

Я стою и только удивляюсь всему тому, что говорит Шамиль и Ширвани. 

Глаза у Шамиля красные. Шамиль выглядит не выспавшийся. Он говорит,  что я нагло себя вела и все в его доме ломала, все разбивала, переворачивала. ...Вот это да! 

Шамиль рассказывает, что происходило в его доме, точнее, что я там делала, наблюдая за моей реакцией во время рассказа, чтобы поймать меня на вранье. А я смотрю в красные глаза Шамиля и внимательно его слушаю. Все что он мне рассказывает – это очень интересно.  Вот это да!!!

Полевой командир чеченских боевиков Шамиль Басаев проснулся в своем доме около 12 часов ночи от шума с соседней комнате. Он взял пистолет и пошел в ту комнату. В темной комнате Шамиль увидел силуэт человека в платье с пышной, длинной юбкой и он понял, что это женщина. Когда он включил свет, то увидел меня в этом бальном голубом платье. 

Шамиль стал разговаривать со мною и спрашивать — что я у него делаю, а потом пытался меня выгнать словами, угрожая пистолетом, но я хохотала в ответ на угрозы, и не обращала на слова Шамиля никакого внимания. Шамиль говорит, что я на кухне рассматривала посуду, а потом её разбивала. Потом я пошла в комнату, где Шамиль спал, и лазила в разные шкафчики, в шифоньер. Доставала вещи, смотрела их и все раскидывала, или все разбивала, рвала постельное белье, одежду. Шамиль утверждает, что я даже стулья била об пол, об стол, об шифоньер с такой злобой и силой, что они в щепки разлетались. Я ходила по его дому и все время что-то искала. Все что мне попадалось под руку, я кидала, била, рвала и швыряла в разные стороны.        Этим погромом в доме Шамиля Басаева я занималась всю ночь, поэтому Шамиль не спал всю ночь и молился от страха. 

Я стою, открыв рот и слушаю рассказ Шамиля. Я не могу понять, зачем они придумали эту дурацкую историю с платьем? И зачем мне в его доме устраивать погром? Какой в этом смысл? Наверно они уже так обалдели от меня, что не знают что придумать, чтобы выгнать меня из села. Зря стараются! Я все равно без интервью с Дудаевым не уеду! ...Но Шамиль не шутит — вот в чем проблема. Шамиль действительно очень напуган тем, что сегодня ночью произошло в его доме и он постоянно мне рассказывает одно и тоже. Про фасон голубого платья уже раз десять рассказал, постоянно добавляя разные детали.

Платье на мне было одето очень красивое, говорит Шамиль, оно большое и длинное, сзади очень длинное. Когда я ходила по его дому, оно волочилось по полу сзади. Как это называется, вот так длинно сзади, Шамиль забыл это слово по-русски, показывая рукой насколько длинно.

— Шлейф? Шлейф называется, когда длинно вот так, — показываю я рукой так же, как показывает Шамиль. — Платье со шлейфом было, получается.

— Да, типа бальное платье со шлейфом. Вот так был вырез. Вот так рукава были. Когда ты ходила, руками поднимала юбку вот так. Платье голубого цвета и очень красивое.

Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье» (мистическая история)
Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье» (мистическая история)

Шамиль опять рассказывает про фасон платья, и всё показывает на себе. Я так поняла, что платье было приталенное с декольте, с длинной, пышной юбкой, и шлейф сзади волочился. Еще была накидка с капюшоном из прозрачной голубой ткани. 

Я слушаю Шамиля Басаева и понимаю, что это платье офигенное и правда, очень красивое. Ах, какое сказочное платье! Я была одета в сказочно красивое платье, как в сказке прекрасная принцесса, или королева.

— Шамиль, но у меня никогда в жизни, такого красивого платья не было и я не знаю, где ты живешь! Шамиль, как я могу быть в твоем доме ночью, если я спала всю ночь? 

Шамиль говорит, что он не сошел с ума, и он все видел своими глазами. Он не спал всю ночь, до самого утра. Он видел именно меня ночью, как сейчас меня видит, только я другая была, лучше, чем сейчас и красивее. Шамиль молился всю ночь на коленях от страха, а ходила по его дому все разбивала и хохотала. Я хохотала так, что у Шамиля Басева волосы дыбом встали от ужаса. И сейчас, когда Шамиль рассказывает это, у него холод бегает по спине и мурашки, а на руке волосы дыбом стоят. Шамиль Басаев закатывает рукав камуфляжной рубашки и показывает всем свою руку с часами.

— Вот, смотрите! Волосы дыбом стоят. - Говорит Шамиль Басаев. 

Я делаю шаг в сторону Шамиля Басаева, чтобы тоже посмотреть на его руку с мурашками.

— Не подходи ко мне!!! - Заорал во все горло Шамиль Басаев и сделал шаг назад, спрятавшись за чеченцами с автоматами в руках. Чеченцы, с зелеными бантиками на башке, направляют на меня свои автоматы и кричат на меня, чтобы я к Шамилю не подходила и встала обратно к стене.

— Я тоже хочу посмотреть твою руку Шамиль! Ты всем показываешь, а мне нет. Дай мне тоже посмотреть. Мне тоже интересно!

Я стала упрашивать, чтобы мне Шамиль тоже показал свои мурашки на руке. Шамиль разрешил подойти к нему, но на расстоянии, а то он меня боится.

Стою на расстоянии двух метров от Шамиля Басаева, ближе не подпускают, и смотрю его руку, которую он вытянул в мою сторону. У Шамиля на запястье командирские электронные часы и действительно мурашки на руке, а редкие черные волосы - стоят дыбом. ...Если честно, я не знаю, как это все комментировать.

— Шамиль, а ты возьми и побрей руку, тогда волосы дыбом стоять не будут. – Пошутила я. 

Мне сказали, чтобы я встала на свое место к стене и перестала шутить. Я устроила ночью погром в доме у Шамиля Басаева. Разбила у него в доме всю мебель, посуду, устроила бардак, да еще шучу тут стою - ругают меня Шамиль и Ширвани, а им не до шуток. Они хотят во всем разобраться!         

Шамиль выходит из-за спин чеченцев и говорит всем, что когда я смеялась ночью, у меня были видны зубы и они были очень красивые. Шамиль говорит, что таких красивых зубов как у меня, он никогда в жизни не видел, даже в американских фильмах у Голливудских актеров. Меня Шамиль просит улыбнуться, или засмеяться, как я делала это ночью. А как я ночью это делала? Я не знаю. Я же спала. 

Стою у стены, как на идиотском допросе, и говорю, что мне не хочется улыбаться и смеяться. Настроения у меня нет.

— Тогда покажи свои зубы! - В приказном тоне командует мне Ширвани Басаев.

— Не буду! Я, что вам лошадь что-ли, чтобы мои зубы смотреть?

— Покажи свои зубы! Засмейся, или просто улыбнись! – Громко говорит один из вооруженных чеченцев с зеленым бантиком на башке обращаясь ко мне.

— Улыбайся! – Кричит другой чеченец тоже с зеленым бантиком на башке и направляет на меня свой автомат Калашникова.

Вы представляете себе, как можно смеяться, или улыбаться, если тебя заставляют это сделать, угрожая автоматом?

— Не буду смеяться! И улыбаться не буду!

— Смейся, тебе говорят! Смейся! – орет группа поддержки Шамиля Басаева с бантиками на башке, направляя на меня автоматы.

— Не буду смеяться!!! - Кричу я в ответ чеченцам.

— Наташа, ну пожалуйста, улыбнись. – Говорит спокойно и уважительно Ширвани. – Просто улыбнись, или просто покажи свои зубы. Наташа, ты же видишь, что произошло. Пожалуйста, я тебя очень прошу Наташа, просто покажи свои зубы и все. Пусть Шамиль на них посмотрит.

- Ну ладно, попробую.

Растягиваю губы, типа я улыбаюсь, чтобы были видны мои зубы. Шамиль говорит, что у меня не такие зубы сейчас, как были ночью. Зубы у меня были ночью белые и красивые, а сейчас у меня другие зубы.

— Что значит другие? У меня такие зубы всегда были. Я что, зубы себе красивые вставила ночью и пошла к тебе? А потом зубы переставила, так что ли, Шамиль? 

Шамиль Басаев говорит, что зубы я переставить себе не могла и это все странно. Шамиль рассказывает дальше, что у меня были длинные волосы вот до сих пор. Шамиль проводит рукой ниже своей поясницы, показывая всем на себе длину волос, которые у меня были ночью.

— Вот такие длинные волосы у неё были. Волосы были очень красивые, как из этой, где прически делают. Я забыл это слово по-русски.

— Парикмахерская? В парикмахерской прически делают. – Говорю я.

— Да, как из парикмахерской. Волосы были волнистые и длинные. Красивые очень волосы были.

— Наташа, сними шапку. Покажи свои волосы. – Говорит Ширвани. – Пожалуйста, Наташа покажи свои волосы.

Снимать красную шапку и показывать свои волосы я тоже не хочу. Я не успела расчесать волосы, когда собиралась. И вообще у меня волосы грязные, которые я неделю не мыла. Меня просят снять шапку, но я категорически отказываюсь это делать. 

Ко мне подходит чеченец с автоматом и хватает мою шапку, пытаясь её снять с моей головы силой. Я двумя руками держу шапку и начинаю кричать, что мне больно волосы. Чеченец не только шапку с моей головы тянет, но и волосы тоже. Я ору во все горло, что мне волосы больно. Шамиль дает команду, чтобы этот чеченец отошел от меня. Шамиль и Ширвани опять стали вежливо просить меня снять шапку. Я говорю им, что я - стесняюсь. У меня волосы грязные и не расчесанные, но Шамиль говорит, что это не важно. Им только посмотреть на мои волосы надо. 

Я снимаю свою красную шапку. Шамиль смотрит на меня и удивленно спрашивает: «- Наташа, ты подстриглась? Ты утром подстригла волосы?».

— Не стриглась я. У меня такие волосы и были. И таких длинных волос, которые ты показал Шамиль, у меня никогда в жизни не было. У меня волосы грязные, ты что, не видишь? Я их не мыла неделю, или больше. Если у меня ночью развивались волосы, значит, они были чистыми. Правильно? Если у меня ночью были чистые волосы, то и сейчас они должны быть тоже чистыми, но они же грязные. Смотри, какие у меня волосы грязные. Как поставишь – так и стоят колом! 

...Шамиль Басаев тихим голосом говорит, что все это странно. Все очень странно. Шамиль наблюдал за мною всю ночь и разговаривал со мною, спрашивал, что я тут делаю, но я не отвечала ему, а только смеялась. Точнее сказать хохотала, говорит Шамиль тихим голосом. …И я была совсем другой, не такой как сейчас. Я была очень красивая, в красивом голубом платье, с красивыми зубами, красивой прической, а сейчас я другая. Шамиль говорит всем, что сейчас я выгляжу как ужас. Ночью, я была во много раз красивее.        

На меня все смотрят, как на статую, или на воровку, или на приведение, или на разведчика ФСБ в бальном платье, которое я спрятала, чтобы в нем устроить погром в доме полевого командира чеченских боевиков Шамиля Басаева. Шамиль Басаев продолжает рассказывать дальше… Он говорит, что по поведению я очень странно себя вела. Я все время искала что то, а когда брала вещи и разглядывала, то голову наклонила и все так странно рассматривала, как будто для меня эта диковинная вещь. Тарелки его рассматривала со всех сторон, а потом разбивала их. 

Мы, с чеченскими боевиками во главе с братьями Басаевыми Шамилем и Ширвани, стоим и рассуждаем по очереди вслух, что ситуация очень странная произошла сегодня ночью в доме Шамиля Басаева. На самом деле, такого не может быть. Это не могла быть я, но тот бардак, который сейчас в доме у Шамиля, подтверждает то, что рассказывает Шамиль. Мне Ширвани говорит: « — Наташ, если не веришь, то иди и посмотри, что ты сделала в доме Шамиля. Ни одной целой вещи не осталось. Ты всю посуду разбила и всю мебель поломала, а от стульев - одни палки и щепки остались». 

Шамиль продолжает рассказывать мне про меня, что под утро, я подошла к окну и стояла у окна минут двадцать. Я просто стояла и смотрела в окно. Шамиль молился на коленях, а я молчала и смотрела в окно. Потом я накинула капюшон накидки, из прозрачной ткани и пошла к выходу. 

Я шла по тропинке к дому, куда меня поселили и в этом же доме находится комендатура села Ведено, где мы сейчас стоим. Шамиль пошел следом за мной. Когда я подошла к подъезду, открыла дверь и зашла в подъезд, то Шамиль зашел следом за мной, но меня в подъезде уже не было. Шамиль решил, что я уже зашла в квартиру, куда меня поселили. Шамиль постеснялся и не стал стучаться. Не положено по чеченским традициям мужчине стучаться в чужую квартиру, где живут женщины. Шамиль решил, что когда все проснуться, он соберет сначала людей и тогда будут разбираться со мной.

— Шамиль, все, что ты рассказываешь – это, как сказка, про меня. Какая красивая сказка, но такого не могло быть. Как жаль, что у меня не такие красивые волосы и не такие красивые зубы. И как жаль, что у меня никогда  не было такого красивого голубого бального платья. Никогда не было. Понимаешь? Никогда в жизни!

— Как не было? Ведь ты же в нем ночью была.

— Это была не я. Ведь я спала ночью.

Шамиль стал показывать, как я шла по тропинке от его дома, до здания комендатуры. Шамиль гордо поднял голову, выпрямил спину и руками, приподнимая виртуально подол платья, стал ходить в кабинете Ширвани. 

…Теперь у меня побежали мурашки по спине. Теперь у меня на руках волосы встали дыбом.

— Шамиль, я так хожу, но об этом никто не знает. Эта походка из моей игры в детстве.

И я стала рассказывать Шамилю, Ширвани и всем присутствующим чеченским боевикам, про эту детскую игру. ...Когда я была маленькая, я придумывала всякие игры. Если меня мать наказывала и запрещала выходить на улицу, я играла сама с собой, с игрушками. Игрушек у меня было мало: медведь, кукла, пупсик и пластмассовая лиса. Я ставила в ряд свои несколько игрушек, надевала платье мой матери и ходила, выпрямив спину, подняв гордо голову. Я шла величественно мимо своих игрушек, изображая королеву. Мне казалось, что настоящая королева именно так и должна ходить. Платье мне было велико, и оно тащилось за мной. Получалось платье с декольте и со шлейфом. 

Я подняла голову, выпрямила спину и пошла по кабинету Ширвани Басаева величественной походкой, показывая всем, как я в детстве ходила, когда играла в Королеву. Чеченцы расступились пропуская меня. Чеченские боевики с бантиками на башке и с автоматами в руках, Ширвани и Шамиль — стоят в ряд, как игрушки, а я иду величественно мимо этих игрушек, изображая королеву. Шамиль закричал, показывая на меня пальцем, что именно так я и шла от его дома утром.

— Господи, какой ужас, - говорю я. - Но ведь об этом никто, кроме меня, не знает. Никто об этом не знает, Шамиль. Так ходить — это моя детская игра. Понимаешь? Это только я знаю и больше никто!

Я прошу еще раз Шамиля подробно описать фасон платья, в котором я была одета ночью, описать фасон накидки и описать из какой ткани сделано платье, накидка, где какие кружева были? Шамиль опять все рассказывает. Вот так вырез был, приталено, вот здесь кружева, рукава пышные из полупрозрачной ткани. Накидка из прозрачной ткани с голубым отливом. Платье длинное и шлейф… Шамиль говорит, что никогда в жизни такого красивого платья не видел. А я видела! Это опять история из моего детства.  

После подробного описания Шамилем фасона платья и ткани, я поняла, что это фасон платья из картинки в книге. Я в детстве, когда еще не умела читать, увидела в книге фотографию красивой принцессы, и мне очень понравился фасон её платья. Я думала, что она настоящая королева, или принцесса и зарисовала себе фасон этого платья. Я нарисовала этот фасон на листочке, добавив к платью длинный шлейф. Я мечтала в детстве, что когда вырасту, у меня будет такое платье, и я буду в нем ходить. 

Когда я стала старше и пошла в школу, я узнала, что эта королева - Наталья Гончарова, жена Александра Сергеевича Пушкина. Шамиль Басаев рассказал, и показал на себе, именно этот фасон платья, который я нарисовала в детстве. Шамиль показал, как я шла и эта походка тоже из моего детства, когда я играла в Королеву. Я рассказываю все это находящимся в кабинете комендатуры чеченским боевикам, и у меня бегают мурашки. Теперь уже я всем чеченским боевикам показываю свою руку, на которой волосы стоят дыбом. 

Наталья Гончарова. Супруга Александра Сергеевича Пушкина. Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье» (мистическая история).
Наталья Гончарова. Супруга Александра Сергеевича Пушкина. Отрывок из книги Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ". ГЛАВА 1 «Голубое платье» (мистическая история).

Шамиль Басаев говорит, что он в школе учился и читал Пушкина, но не помнит, как выглядела его жена. Я говорю Шамилю, что в учебнике по литературе обязательно должна быть её фотография. Шамиль говорит, что найдет обязательно и посмотрит фотографию Натальи Гончаровой - жены Александра Сергеевича Пушкина.  

Вот моя детская мечта и осуществилась в селе Ведено, в начале апреля 1995 года. Я ночью превратилась в красивую принцессу и пошла, громить все в доме полевого командира чеченских боевиков Шамиля Басаева. 

Никто из присутствующих чеченских боевиков не может найти объяснения этой странной ситуации, которая произошла сегодня ночью и я тоже не знаю, что это такое было? Командиру чеченских боевиков Шамиль Басаев очень страшно было ночью, поэтому он выглядит сейчас растерянным и стоит дрожит от страха, когда мне все это рассказывает.          

В комнате наступила тишина. Все чеченцы молчат и смотрят на меня, как на приведение, или как на чудо. Никто ничего не может понять, что произошло сегодня ночью в доме Шамиля Басаева. Мне Ширвани предлагает сесть за стол. Скоро должна прийти медсестра, с которой я в комнате ночую. За ней пошли в госпиталь. Эта медсестра должна знать, уходила я куда-нибудь ночью, или нет? 

Все рассаживаются за стол. Пока ждем медсестру, обсуждаем, что это мистика, это волшебство и чудо какое-то. Других слов не подберешь. Меня спрашивает Ширвани Басаев, может, я болею лунатизмом? Может, я во сне хожу? Я отвечаю, что нет. И тоже спрашиваю, может Шамиль употребил наркотики и у него были галлюцинации? Меня опять спрашивают, с чего я взяла, что Шамиль наркотики употребляет? Я говорю, что знаю о том, что они употребляют наркотики перед боем. Все чеченцы переглядываются и спрашивают - кто мне это рассказал? Я говорю, что не помню уже.        Шамиль говорит, что надо за мною следить получше, а то я тут хожу, фотографирую и собираю информацию, которую не должна знать. …А по ночам вообще погромы устраиваю в домах, в платье со шлейфом и людей пугаю.

— Шамиль, а ты не сказал, в чем я была обута? Какие у меня туфельки были? Может быть у меня были хрустальные туфельки, как у Золушки?

Шамиль отвечает, что я была босиком. Я шла босая утром по тропинке, держа подол платья, с поднятой головой, прямой спиной, а шлейф этого платья волочился по земле и правда, как у Королевы.

— Если я шла по земле босиком, то ноги возможно у меня испачканы?         

Снимаю ботинок, носок …и смотрю свою ногу. Всем чеченским боевикам тоже показываю свою ногу. Ступня ноги у меня - грязная. Вторая тоже грязная. Между пальцами высохшая грязь.

— Наташа, если у тебя ноги испачканы в земле, значит ты босиком ходила по земле. Так значит, это была – ты в доме Шамиля!? - Говорит кто-то из чеченцев.

— Я спала ночью и никуда не ходила. А ноги грязные, наверно, потому, что я давно не мылась. 

Приходят из госпиталя чеченцы, которых Шамиль посылал за медсестрой. Эти мужчины с зелеными бантиками на башке и с автоматами наперевес говорят по-чеченски. Говорят оживленно, поглядывая на меня. Я прошу этих мужчин говорить по-русски. Мне тоже интересно узнать, о чем они говорят?

Ширвани говорит мне, что медсестра не может прийти. Она на операции, но она сказала, что я не могла выйти из квартиры, так как она закрывает дверь на ключ, а ключ прячет. 

Все опять смотрят на меня и молчат, а я улыбаюсь. Я не знаю что сказать, поэтому и улыбаюсь. Ведь я же спала и сквозь закрытую дверь я пройти не могла. Это противоречит законам физики! Медсестра подтвердила, что я спала и ночью никуда не уходила.

Вот какое странное чудо произошло в начале апреля 1995 года в селе Ведено, в Чечне, в России. И что это такое, ни я, ни чеченские боевики - не могли все это объяснить. ...А голубое платье так и не нашли. Обыскали чеченцы весь многоквартирный дом, в котором я спала в одной из квартир. Все село Ведено чеченцы обыскивали и все село Ведено гудело как улей и все жители села искали голубое платье, но платье так и не нашли. Это голубое платье исчезло, как и появилось — волшебным образом. Чудеса, да и только!

Шамиль говорит, что я ни у кого из чеченцев такого платья взять не могла. Чеченские женщины в таких платьях не ходят, даже на свадьбе. У этого платья было такое декольте, что противоречит нормам Ислама и он обязательно найдет фотографию Натальи Гончаровой, чтобы сравнить её платье и то голубое, в котором я была ночью. 

Мне разрешили идти. Я иду и думаю, что это такое опять произошло? Почему это произошло? На самом деле такие странные мистические ситуации, волшебство и паранормальные явления происходят иногда в моей жизни и в мирное время, но я об этом чеченским боевикам не сказала. Зачем их пугать? Они и так меня боятся. Я все равно не могу объяснить эти мистические истории.

На следующий день меня чеченские боевики повезли к экстрасенсу и то, что она про меня рассказала – я вам написала в книге «Джокер в армии».

Автор: фотокорреспондент Наталья  Медведева 

Книга Натальи Медведевой «Зов САЛАМАНДРЫ» читать онлайн: 

/MNe-book.com/

promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.