mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Categories:

Потери Курской дуги... / К 75-летию / окончание

Начало

Людские потери в Орловской наступательной операции «Кутузов» (12 июля–18 августа 1943 г.)

В наступательной операции «Кутузов», начатой 12 июля 1943 г., советские войска Центрального фронта (командующий – генерал армии Рокоссовский Константин Константинович), Западного (командующий – генерал-полковник Соколовский Василий Данилович) и Брянского (командующий – генерал-полковник Попов Маркиян Михайлович) фронтов нанесли крупное поражение немецким войскам группы армий «Центр» (командующий – генерал-фельдмаршал Гюнтер фон Клюге). В ходе операции были разгромлены и сведены в остатки пять дивизий 2-й немецкой танковой армии (36, 56, 112, 208, 211 пд). Шесть дивизий 2-й танковой армии (253, 293 пд; 9,18, 20 тд; корп. группа «Траут») и три дивизии 9-й армии (7, 31 258 пд) были разгромлены и сведены в боевые группы (корп. группа «Траут» – расформирована). Немецкие войска были отброшены на 150 км на запад. Советские войска 5 августа 1943 г. освободили город Орел/


На Прохоровском поле

Потери Красной армии в Орловской наступательной операции оценены коллективом под руководством Г.Ф. Кривошеева в 430 тыс. чел. (113 тыс. – безвозвратные потери, 317 тыс. – санитарные потери). Борис Соколов в книге «Тайны Второй мировой» приводит гораздо большую цифру потерь Красной армии – 860 тыс. чел. Свою цифру потерь Красной армии в Орловской наступательной операции Борис Соколов «обосновывает» так: «Потери советских войск в Орловской наступательной операции в период с 12 июля по 18 августа можно оценить примерно в 860 000 человек, вдвое больше, чем в книге «Гриф секретности снят», поскольку, как мы видели выше, потери в Курской оборонительной операции были занижены в этом источнике наполовину» (выделено мной. – В.Л.).

Выше было показано, что утверждения Бориса Соколова о занижении Кривошеевым потерь Красной армии в Курской оборонительной операции ошибочны, поэтому его фантазии о потерях Красной армии в Орловской наступательной операции не могут быть приняты во внимание.

Для Орловской наступательной операции оценка численности санитарных потерь, отнесенной к безвозвратным потерям, произведена таким же способом, как и для Курской оборонительной операции. Поскольку в июле-августе 1943 г., по данным книги Иванова Н.Г., Георгиевского А.С. и Лобастова О.С. «Советское здравоохранение и военная медицина в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», больные составляли в среднем 25–26% от всего числа санитарных потерь, то общее число раненых и больных, отправленных в тыловые госпитали в ходе Орловской операции, составляло примерно 61–62 тыс. чел., а общие безвозвратные потери Красной армии в операции – 173–174 тыс. человек.

Оценки потерь вермахта в Орловской наступательной операции приведены Н. Цеттерлингом и А. Франксоном: общая убыль – 92 836 человек (убитые и умершие от ран – 16 380; пропавшие без вести – 11 475; раненые, эвакуированные в тыл – 64 981). Приведенные оценки опираются на донесения немецких войск о потерях погибшими, ранеными и пропавшими без вести. Поскольку данные этих донесений, как показано выше, занижены, то произведем их корректировку с использованием коэффициентов экстраполяции, рассчитанных для потерь 9-й немецкой армии в Курской оборонительной операции. При потерях по донесениям войск в 92 836 человек скорректированные общие безвозвратные потери (убыль) 2-й, 9-й и 2-й танковой армий вермахта в Орловской наступательной операции составляют около 176 000 человек (92 836х1,9=176 386).

Соотношение потерь Красной армии и вермахта в Орловской операции – (0,98–0,99):1, т.е. потери были практически одинаковыми.

Людские потери в Белгородско-Харьковской стратегической наступательной операции «Румянцев» (3–23 августа 1943 г.)

В ходе наступательной операции «Румянцев», начатой 3 августа 1943 г. войсками Воронежского (командующий – генерал армии Ватутин Николай Федорович) и Степного (командующий – генерал-полковник Конев Иван Степанович) фронтов против немецких войск группы армий «Юг» (командующий – генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн), была уничтожена боевая группа 323 пд 4-й немецкой танковой армии, были разгромлены и сведены в боевые группы семь дивизий (57, 67, 255, 332 пд; 6, 11, 19 тд) этой же армии и семь дивизий оперативной группы «Кемпф» (39, 106, 168, 198, 282, 320 пд; 3 тд). Советские войска продвинулись в южном и юго-западном направлении на 140 км, освободили города Белгород (5 августа) и Харьков (23 августа). В честь освобождения городов Орла и Белгорода 5 августа 1943 г. в Москве впервые в Великой Отечественной войне был произведен праздничный салют.

Потери Красной армии в Белгородско-Харьковской наступательной операции коллективом Кривошеева Г.Ф оценены в 256 тыс. человек (72 тыс. – безвозвратные, 184 тыс. – санитарные). Борис Соколов в книге «Тайны Второй мировой» называет другую цифру общих потерь Красной армии – 500 тыс. чел. В обоснование своей цифры Борис Соколов пишет: «Официальные советские цифры потерь во время Белгородско-Харьковской наступательной операции в период с 3 по 23 августа тоже абсолютно неверны. Численность двух фронтов, Воронежского и Степного, на начало операции оценивается в 1 144 000 солдат и офицеров в составе 50 стрелковых дивизий, танковых и механизированных корпусов и 5 танковых бригад. Потери во время этой операции составили будто бы 255 566 убитых, пропавших без вести, раненых и больных. Но в начале следующей, Черниговско-Полтавской наступательной операции, которая началась 26 августа, в двух фронтах осталось только 1 001 700 солдат и офицеров, теперь уже в составе 72 стрелковых дивизий, 5 воздушно-десантных дивизий, 9 танковых и 4 механизированных корпусов и 6 танковых бригад. Кажется совершенно невероятным, чтобы вновь прибывшие 22 стрелковые и 5 воздушно-десантных дивизий, 1 танковый и 1 механизированный корпуса и 1 танковая бригада смогли компенсировать убыль только 113 тыс. из общей суммы потерь более чем в 255 тыс. человек… Численность всех новоприбывших соединений мы можем оценить приблизительно в 250 000, учитывая здесь численность штабов стрелковых корпусов и частей корпусного подчинения. Кроме того, во время Белгородско-Харьковской наступательной операции армии Воронежского и Степного фронтов получили сильные маршевые пополнения… 69-я армия была пополнена 20 000 солдат и офицеров, а 53-я и 7-я гвардейская – 15 000. Общую численность маршевых пополнений, поступавших во все армии и корпуса двух фронтов в период с 3 по 26 августа, можно оценить в 100 000 человек. С учетом маршевых пополнений и новоприбывших соединений общие потери Воронежского и Степного фронтов мы определяем примерно в 500 000 солдат и офицеров».

Из приведенного отрывка следует, что Борис Соколов оценивает потери Красной армии в Белгородско-Харьковской операции на 244 тыс. чел. большей величиной, чем Г.Ф. Кривошеев. Но цифры Бориса Соколова ошибочны – здесь он снова прибегает к фальсификациям.

Во-первых, цифры пополнения 69-й армии (20 000 чел.) и 53-й и 7-й гвардейской армий взяты Борисом Соколовым из доклада Г.К. Жукова, И.С. Конева и М.В. Захарова в Ставку ВГК 6 августа 1943 г. о плане предстоящей операции по наступлению на Белгородско-Харьковском направлении (Военно-исторический журнал, 1983, №7). В этом докладе предлагалось утвердить пополнение только для 69-й (20 000 чел.), 53-й и 7-й гвардейской армий (в сумме 15 000 чел.). Это значит, что пополнение двух фронтов составляло не 100 000 чел., как это домыслил Борис Соколов, а на 65 000 меньше. Разница между цифрами Кривошеева и Соколова при этом сокращается до 179 тыс. чел.

Во-вторых, все «вновь прибывшие» (см. книгу «Великая Отечественная война 1941–1945 гг.: Действующая армия», издание 2005 г.) в период Белгородско-Харьковской операции в Воронежский и Степной фронты дивизии, бригады и корпуса входили в состав 4-й гвардейской, 52-й армий (переданы Воронежскому фронту из резерва ставки ВГК 13 августа и 25 августа 1943 г. соответственно и 57-й армии (передана 9 августа 1943 г. Степному фронту из Юго-Западного фронта). Численность этих армий на начало Черниговско-Полтавской операции составляла: 4-й армии – 66 523 чел.; 52-й армии – 76 484 чел.; 57-й армии – 50 748 чел. (см. книгу «Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Кампании и стратегические операции в цифрах. Т.2, издание 2010 г.). Суммарная численность «вновь прибывших» армий составляла 193 755 чел., что на 56 тыс. чел. меньше, чем «насчитал» Борис Соколов. При этом разница цифр Кривошеева и Соколова сокращается до 123 тыс. человек.

Наконец, в-третьих, Борис Соколов снова «забыл», что в составе любого фронта, кроме крупных боевых формирований (корпусов и дивизий) находились отдельные боевые части, а также тыловые подразделения и части. Численность тыловых подразделений частей определяется как разность между общей численностью личного состава фронта и численностью боевых войск. Общая численность личного состава Воронежского и Степного фронтов на начало Белгородско-Харьковской и Черниговско-Полтавской операций приведена Г.Ф. Кривошеевым – 1 144 000 человека и 1 001 700 человек соответственно. Численность же боевых войск перечисленных фронтов на начало указанных операций составляла 656 тыс. и 618 тыс. соответственно. Тогда численность тыловых частей фронтов на начало Белгородско-Харьковской операции была равна 488 тыс. человек, а на начало Черниговско-Полтавской операции – 394 тыс. человек, т.е. на 94 000 меньше. Это значит, что разница цифр Кривошеева и Соколова сокращается до 29 тыс. человек. Что касается отдельных боевых частей, то их в двух фронтах на начало Белгородско-Харьковской операции было на 73 ед. больше, чем на начало Черниговско-Полтавской операции. Численность этих частей «обнуляет» разницу цифр Г.Ф. Кривошеева и Бориса Соколова.

Для Белгородско-Харьковской наступательной операции оценка численности санитарных потерь, отнесенной к безвозвратным потерям, произведена таким же способом, как и для Курской оборонительной операции. Поскольку в августе 1943 г. больные составляли 20–21% от всего числа санитарных потерь, то общее число раненых и больных, отправленных в тыловые госпитали в ходе Белгородско-Харьковской наступательной операции, составляло примерно 36–37 тыс. человек, а общие безвозвратные потери Красной армии в операции – 108–109 тыс. человек.

Н. Цеттерлинг и А. Франксон оценили потери вермахта убитыми, пропавшими без вести и ранеными, эвакуированными в тыл, в Белгородско-Харьковской наступательной операции в 52 тыс. человек. Эта цифра основана на десятидневных донесениях немецких войск о потерях погибшими, ранеными и пропавшими без вести, которые, как показано выше, занижены, поэтому произведем их корректировку с использованием данных о потерях немецких 4-й армии и ОГ «Кемпф» в Белгородско-Харьковской наступательной операции. В ходе Белгородско-Харьковской наступательной операции среднее число дивизий в составе группы «Кемпф» на даты донесений о потерях равно 15. Если экстраполировать потери 11 как на остальные соединения ОГ «Кемпф» (с учетом частей армейского подчинения), то потери боевого состава оперативной группы составят 99 000–103 400 человек {(45 000–47 000)х2,2=99 000–103 400}, что в 2,1–2,2 раза больше, чем зафиксировано в донесениях войск, т.е. коэффициент экстраполяции (Кэ) данных донесений из войск для 4-й армии и оперативной группы «Кемпф» в Белгородско-Харьковской наступательной операции равен 2,1–2,2.

При потерях по донесениям войск в 51 724 человека скорректированные безвозвратные потери (убыль) 8-й и 4-й танковой армий вермахта в Белгородско-Харьковской наступательной операции оцениваются в 109–114 тыс. человек (51 724х(2,1...2,2)=108 620–113 792).

Соотношение потерь в Красной армии и вермахта в Белгородско-Харьковской наступательной операции – (0,95–1,0):1, т.е. потери сторон были практически одинаковыми.</p>

Суммарные людские потери Красной армии и вермахта в Курской битве

Суммируя цифры потерь, подсчитанные при рассмотрении потерь в отдельных операциях Курской битвы, получим, что общие безвозвратные потери в Курской битве, округленные до 10 тыс. чел., равны: для Красной армии – 370–380 тыс. человек; для вермахта – 380–390 тыс. человек.

Поскольку потери вермахта рассчитывались недостаточно точным методом экстраполяции, то для большей надежности подсчитаем общие потери вермахта в Курской битве еще и балансовым методом по не использованным выше данным. Таким данными могут служить сведения о численности соединений оперативной группы «Кемпф» (с 16.08.1943 – 8-я немецкая армия) на начало и конец Курской битвы. По данным Стивена Ньютона на 5 июля 1943 г., средняя численность пехотных дивизий в 4-й танковой армии и оперативной группе «Кемпф» составляла 17 369 человек, а танковых и моторизованных дивизий – 18 410 человек. На 30 августа 1943 г. средняя численность пехотных дивизий в 4-й танковой армии и оперативной группе «Кемпф» составляла 8269 чел., а танковых и моторизованных дивизий – 10 745 чел. Тогда средняя убыль личного состава в Курской битве (без учета пополнения) равна: для пехотных дивизий – 17 369– 8269=9100 (52%); для танковых и моторизованных дивизий 18 410–10 745=7665 (41%).

В ходе Курской битвы в 4-й немецкой танковой армии и оперативной группе «Кемпф» вели боевые действия 13 пехотных и 9 танковых и моторизованных дивизий. Общая убыль их личного состава (без учета пополнения) за всю Курскую битву равна: 13х9100+9х7665=118 300+68 985=187 285≈ 187 тыс. человек.

В войсках группы армий «Центр» ситуация была сложнее: во-первых, сведений об убыли в ее дивизиях нет, а во-вторых, соединения немецких 2-й и 2-й танковых армий участвовали в боевых действиях не в полной мере. Поэтому оценить потери соединений группы армий «Центр» так же, как группы армий «Юг», нет возможности. Вместе с тем ориентировочно убыль группы армий «Центр» в Курской битве можно оценить путем экстраполяции полученной выше цифры потерь 4-й танковой армии и оперативной группы «Кемпф» на потери группы армий «Центр». Коэффициент экстраполяции (Кэ) может быть определен из данных 10-дневных донесений немецких войск о потерях. По этим донесениям потери 2-й, 9-й и 2-й танковой армий соотносились с потерями 4-й танковой армии и оперативной группы «Кемпф» в пропорции 1, 04:1,0. Это значит, что общая убыль (без учета пополнения) участвующих в Курской битве войск группы армий «Центр» составляла 191 тыс. человек (1,04х187).

Суммарная убыль вермахта в Курской битве:

187 тыс. человек+191 тыс. человек=378 тыс. человек.

Учитывая, что пополнение групп армий «Центр» и «Юг» составляло примерно 40–50 тыс. человек, общие безвозвратные потери войск вермахта в Курской битве составляли 420–430 тыс. человек. Эти цифры больше, чем полученные ранее другим расчетным способом. Так как очевидных преимуществ какого-либо из использованных расчетных способов нет, то следует считать, что потери вермахта в Курской битве лежат в диапазоне 380–430 тыс. человек.

Реалистичность цифр этого диапазона потерь вермахта в Курской битве можно ориентировочно оценить по балансу вооруженных сил Германии с 1 июня 1943 г. по 1 июня 1944 г. Убыль вермахта за этот период равна 3705, 5 тыс. человек.

Средняя двухмесячная убыль вермахта при этом составляет около 623 тыс. человек, т.е. потери вермахта в Курской битве составляли 61%–75% от общих потерь вермахта в июле-августе 1943 г. Так как в этот период основные бои на советско-германском фронте велись в зоне Курской дуги, то подсчитанные выше людские потери вермахта в Курской битве (380–430 тыс. человек) не противоречат балансу численности вермахта за период с 1 июня 1943 г. по 1 июня 1944 г.
* * *

Курская битва стала переломным этапом Великой Отечественной войны. Большие потери в людях и технике привели к окончательной утрате вермахтом стратегической инициативы. Генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн в своих мемуарах «Утерянные победы» констатировал, что операция «Цитадель» «была последней попыткой сохранить в наших руках инициативу на Востоке. С ее прекращением, равнозначным провалу, инициатива окончательно перешла к советской стороне. В этом отношении операция «Цитадель» является решающим, поворотным пунктом войны на Восточном фронте».

Американский исследователь Дэвид Гланц в книге «Курская битва. Решающий поворотный пункт Второй мировой войны» так охарактеризовал итоги Курской битвы в стратегическом, оперативном и тактическом отношении: «Курская битва означала конец концепции блицкрига в стратегическом и оперативном смысле. Впервые за всю эту войну немецкое наступление было остановлено на тактической или на небольшой оперативной глубине. Это обернулось поражением, а впоследствии и катастрофой для германской армии… Курск стал приговором для немецкого блицкрига и в тактическом отношении… Под Курском советские войска показали, …что решительная и правильно выстроенная оборона, основанная на пехоте, может нанести поражение тактике блицкрига… Курск стал переломной точкой войны, как стратегически, так и тактически…»

Людские потери в Курской битве у Красной армии (370–380 тыс. человек) и вермахта (380–430 тыс. человек) были сопоставимы по величине, причем с большой долей вероятности потери вермахта были больше потерь Красной армии. Возможно, с дальнейшим рассекречиванием и вводом в научный оборот документов Великой Отечественной войны диапазоны интервальных оценок потерь в Курской битве будут скорректированы, но общая картина противостояния Красной армии и вермахта под Курском не изменится: она совсем не похожа на те картины «заваливания немцев трупами красноармейцев», что рисуют нам Борис Соколов, Андрей Зубов и иже с ними.

Красная армия победила в Курской битве не потому, что численно превосходила вермахт, а потому что воевала лучше. Она сумела извлечь уроки из жестоких поражений начального периода войны и к июлю 1943 г. превратилась в силу, превосходящую вермахт как по боевому мастерству солдат, так и по военному искусству полководцев.

Владимир Литвиненко, доктор технических наук, профессор
«Советская Россия», 2 августа 2018

Subscribe
promo eto_fake март 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям 2leep.com
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments