mamlas (mamlas) wrote in eto_fake,
mamlas
mamlas
eto_fake

Category:

Как настала РПЦЗ / Раскол из-за Романовых и антисоветизм / начало

Ещё о православии и миграции здесь и здесь

Русская православная церковь за границей: образование и раскол (1920 - 1934 гг.)
Антибольшевистская Россия / Белая эмиграция / РПЦЗ / Статья 2005 года

Предыстория Зарубежной Церкви связана с событиями Гражданской войны и образованием Временных высших церковных управлений (ВВЦУ) на территориях, контролируемых белыми правительствами. ©



Митрополит Антоний (Храповицкий)

В деятельности ВВЦУ на юге России в 1919 - 1920 гг. закладывались основы того, что впоследствии стало именоваться Русской Православной Церковью за границей (РПЦЗ). В этот период происходила апробация новых форм и методов церковного управления в условиях отсутствия руководства со стороны высшей церковной власти в лице Патриарха и Священного Синода.

Таким образом, ВВЦУ явились первым опытом автономного церковного управления в обход высших органов власти РПЦ. А учрежденное на Соборе ВВЦУ юго-востока России с самого начала своей деятельности оказалось вполне реальной альтернативой патриаршей власти.[1]

ВВЦУ юго-востока России возникло как временное учреждение, которое после восстановления связи с Патриархом и отчета о всех своих деяниях должно было прекратить свою деятельность. Но многое, задумываемое как временное, в силу политических и других причин стало постоянным. Впоследствии это привело к трагическому расколу некогда единой Русской Православной Церкви на несколько ветвей и юрисдикций.

Оно было эвакуировано из Крыма вместе с Русской армией в Константинополь. И почти сразу же после прибытия в Константинополь было переименовано в Высшее русское церковное управление за границей. С этого момента и начинается история РПЦЗ.

Среди почти 150 000 русских беженцев, прибывших к берегам Турции в ноябре 1920 г., был и митрополит Антоний (Храповицкий) с группой архиереев и священнослужителей юга России.[2]

По первоначальному убеждению митрополита Антония, русские православные беженцы должны были влиться в Поместные Православные Церкви по месту проживания. Но в результате влияния окружения его планы изменились. 6(19) ноября на пароходе «Великий князь Александр Михайлович» в Босфорском проливе состоялось первое (за границей) заседание бывшего ВВЦУ юго-востока России. В его работе приняли участие митрополит Антоний, митрополит Херсонский и Одесский Платон (Рождественский), архиепископ Полтавский и Переяславский Феофан (Быстров), управляющий военным и морским духовенством епископ Вениамин (Федченков). На заседании присутствовал также протоиерей Георгий Спасский из Севастополя.

Было постановлено: «Ввиду сосредоточения огромного количества беженцев в различных государствах и частях света, не имеющих общения с советской Россией и не могущих сноситься с Высшим Церковным Управлением при Святейшем Патриархе, а также вследствие необходимости попечения о Русской армии, выехавшей из Крыма, –

а) продолжить полномочия членов Высшего Церковного Управления с обслуживанием всех сторон церковной жизни беженцев и Армии во всех государствах, не имеющих сношения со Святейшим Патриархом;

б) местом действия Управления избрать г. Константинополь, как наиболее центральный пункт;

в) снестись с Константинопольской Патриархией для выяснения канонического взаимоотношения;

г) определить состав членов Управления из наличных епископов его, ввиду отсутствия других членов – протоиерея о. С. Булгакова и А.А. Апраксина, выехавшего в Сербию, и протоиерея о. Георгия Спасского, отправляющегося с флотом во французские порты, и неудобства в настоящее время организации Управления иными способами;

д) уведомить всеми возможными путями о сих постановлениях Святейшего Патриарха Московского и всея России Тихона, а также и все церковные центры, подлежащие попечению Русского Церковного Управления в г. Константинополе;

е) обратиться с просьбой к Главнокомандующему генералу Врангелю, передавшему через епископа Вениамина о своем желании и соображениях о необходимости иметь Высший орган Церковного Управления по делам церковной жизни беженцев и Армии, – об обращении с его стороны к Наместнику Святейшего Патриарха Константинопольского Митрополиту Брусскому Дорофею по вопросу об организации Управления в Константинополе;

ж) назначить продолжение заседания Церковного Управления в городе (Константинополе. – Авт.) на 9 ноября».

На этом же заседании ВВЦУ юго-востока Росси было переименовано в Высшее Русское Церковное Управление за границей (ВРЦУ).

Второе заседание Управления состоялось 9(22) ноября уже в самом Константинополе. В состав Управления было решено пригласить архиепископа Кишиневского и Хотинского Анастасия, у которого митрополит Антоний нашел приют. Приглашение было принято, и владыка Анастасий тотчас же принял участие в заседаниях ВРЦУ.

На третьем заседании, 16(29) ноября, митрополиту Антонию и епископу Вениамину было поручено выяснить вопрос о каноническом взаимоотношении с Константинопольской Патриархией и передать заместителю Вселенского Патриарха митрополиту Брусскому Дорофею письмо главнокомандующего Русской армией по этому вопросу. В тот же день митрополит Антоний с епископом Вениамином отправились в Константинопольскую Патриархию. Митрополит Дорофей обещал обсудить этот вопрос со своим Синодом.

22 декабря 1920 г. последовала грамота Вселенской Патриархии за № 9084, которой «русским иерархам» было предоставлено право «исполнять для русских православных беженцев все, что требуется Церковью и религией для утешения и ободрения православных русских беженцев».

На прошение митрополита Антония о легализации ВРЦУ 2 декабря был получен ответ, в котором русским архиереям разрешалось «образовать для пастырского служения временную церковную комиссию («эпитропию») под высшим управлением Вселенской Патриархии для надзора и руководства общей церковной жизнью русских церковных колоний, в пределах православных стран, а также для русских воинов… Вы будете озабочены посылкой им иереев, антиминсов, проповедников и всего необходимого, стараться лично посещать их, чтобы разрешать возникающие недоумения, усмирять распри, и вообще делать все, что требует вера и Церковь для ободрения упомянутых русских христиан». Бракоразводные дела предписывалось передавать суду Вселенского Престола или судам тех Православных Церквей, где проживали русские беженцы.

Таким образом, этим постановлением Константинопольской Патриархии возможность существования Высшего Русского Церковного Управления за границей полностью исключалась. Русские епископы подчинялись Высшему Управлению Константинопольской Церкви, и их права ограничивались чисто пастырскими функциями.

Тем не менее ВРЦУ на своих заседаниях 6(19) и 8(21) апреля 1921 г. постановило провести собрания представителей РПЦ за границей для объединения, урегулирования и оживления церковной деятельности.[3] Такие собрания прошли в Константинопольском, Сербском, Болгарском и Западно-Европейском русских Церковных округах за границей.

ВРЦУ, которое еще оставалось в Константинополе, на своих заседаниях обсудило и вопрос о наиболее подходящем месте для резиденции ВРЦУ. Исходя из того, «ч­то самым мощным центром по плотности и по количеству русских людей является безусловно Сербия,

что эта страна занимает центральное географическое положение на Балканах, чем облегчаются сношения,

что в Сербии же находится наибольшее число русских иерархов,

что там же сосредоточены по преимуществу русские просвещенные силы,

что Русская Армия, центральные органы управления и Главнокомандующий переходят туда же и перевозка уже начата и закончится в течение месяца,

что здесь, в Константинополе, в связи с мало-азиатской Турецкой войной создается весьма неопределенное и непрочное положение для наших учреждений,

что непрочность этого положения усугубляется общим отношением к русским со стороны иностранцев западно-европейских держав, изменяющимся в худшую сторону,

что, наконец, в Сербии Высшее Русское Церковное Управление соединится со своим Председателем владыкой митрополитом Антонием, отсутствие авторитетного голоса которого часто заставляет медлить с решением важных вопросов, требующих предварительного письменного с Его Высокопреосвященством сношения, – Высшее Русское Церковное Управление заграницей постановило: перевести свое местопребывание в Сербию, если со стороны владыки митрополита Антония последует на то согласие, и в положительном случае просить Его Высокопреосвященство выяснить этот вопрос у Святейшего Патриарха Сербского, дабы осуществить переезд в ближайшее время, о чем и послать Высокопреосвященному митрополиту Антонию доклад».

Последнее заседание ВРЦУ в Константинополе состоялось 29 апреля (12 мая) 1921 г. Первое заседание ВРЦУ в Сербии, в Сремских Карловцах, состоялось 8(21) июля 1921 г. под председательством митрополита Антония. На нем было принято решение о созыве Заграничного Собрания Российских Церквей.

Необходимость в созыве Собора за границей мотивировалась расстройством русских церковных дел за границей, отсутствием связей с всероссийской церковной центральной властью и заботой о наилучшем пастырском окормлении русских беженцев и частей Русской армии. В деяниях Собора подчеркивалось, что ВРЦУ за границей «а) является правопреемником Высшего Русского Церковного Управления на Юго-Востоке России, большинство членов которого эвакуировалось с юга России за границу; б) действует с благословения Вселенской Патриархии и Патриарха Сербского; в) признано Его Святейшеством Святейшим Тихоном Патриархом Московским и Всея Руси (Указ Священного Синода Всероссийской Православной Церкви 26 марта – 8 апреля 1921 г., № 424)».[4]

В Положении «О созыве Заграничного Собрания Российских Церквей» говорилось:

«1. Высшее Русское Церковное Управление постановило в заседании своем от 6/19 – 8/21 организовать собрание представителей Русской Православной Церкви за границей для объединения и оживления церковной деятельности.

2. В состав Собрания входят в качестве членов представители всех заграничных автономных церквей, епархий, округов и миссий, пребывающих в подчинении Святейшему Патриарху Всероссийскому.

3. Собрание признает над собой полную во всех отношениях архипастырскую власть Патриарха Московского.

4. Все постановления Собрания поступают на утверждение Святейшего Патриарха, а до утверждения в нужных случаях проводятся как временная мера распоряжения Высшего Русского Церковного Управления.

5. Собрание состоит из епископов, клириков и мирян».[5]

Еще в период подготовки Собрания со стороны правительства КСХС возникли опасения, что оно может превратиться в политическую трибуну. Российский посланник в Белграде В.Н. Штрандтман писал митрополиту Антонию (Храповицкому) о том, что королевское правительство и Министерство иностранных дел СХС предупреждают русских иерархов: Собор был разрешен исключительно для обсуждения русских церковных вопросов, не касаясь вопросов политических.[6]

Открытие Совещания (Собора) состоялось 21 ноября 1921 г., а рабочие заседания начались на следующий день. Собор закончил свою работу 12 декабря. В составе его было 95 действительных и 6 почетных членов (трое русских и трое сербов). В нем были следующие отделы:

1. Высшего и окружного церковного управления (председателем был избран архиепископ Евлогий, а до его прибытия временно исполнял обязанности митрополит Антоний);

2. Приходской (епископ Михаил);

3. Хозяйственный (епископ Аполлинарий);

4. Судебный (епископ Феофан);

5. Просветительский (епископ Гавриил);

6. Миссионерский (епископ Серафим);

7. Военно-церковный (епископ Вениамин);

8. Духовного возрождения (архиепископ Анастасий).

Были также образованы две комиссии:

1. По проверке документов делегатов (епископ Гавриил) и

2. По изысканию средств на нужды Церкви (епископ Вениамин).

На Соборе был заслушан Наказ Собору, приняты послания «Чадам Русской Православной Церкви в рассеянии и изгнании сущим», «Христолюбивому воинству Русской Армии и Доблестному Вождю», «К Мировой Конференции», «Ко всем верующим в Бога правительствам и народам мира», «Ко всем русским православным беженцам заграницей», «Русским старообрядцам в Лондоне и заграничных городах и весях» и другие документы. Было также принято Положение о русских заграничных епархиальных управлениях (на заседании Собора 17(30) ноября).

Обращения Собора к чадам Русской Церкви и к Мировой Конференции вызвали бурные возражения части членов Собора.

В первом говорилось о восстановлении на всероссийском престоле законного православного царя из дома Романовых: «Да вернет (Господь) на всероссийский Престол Помазанника, сильного любовию народа, законного Православного Царя из Дома Романовых».[7] В прениях выступил епископ Вениамин (Федченков), который заявил: «Большинство членов думает, что оно делает церковное и полезное дело, стоя не на политической почве. Я говорю не для убеждения других, а для того, чтобы нас услышали за этими стенами. Я не хочу быть человеком прошлого, но и будущего. Большинство полагает, что стоит на церковной почве, но несомненно, что точка зрения большинства политическая. Церковь должна быть сугубо осторожной. Церковная точка зрения должна быть полезной. Большинство же стоит на точке зрения целесообразности, которая, по моему мнению, вредна и поэтому должна быть отвергнута. …Мы не Церковный Собор всей России, мы лишь ничтожное меньшинство России… До сих пор думали, что строить государство можно только политически. Большинство и стоит на этой почве, но Святейший Патриарх сказал епископам, чтобы они были вне политики и стояли на духовной почве». Архиепископ Евлогий также призывал: «Поберегите Церковь, Патриарха. Заявление несвоевременно. Из провозглашения ничего не выйдет. А как мы отягчим положение! Патриарху и так тяжело!».

34 члена Собора сделали письменное заявление с осуждением послания, указав, что постановка вопроса о восстановлении монархии носит политический характер и не может обсуждаться на церковном собрании. Тем не менее послание было принято двумя третями голосов. Архиепископ Евлогий комментирует это так: «Мои опасения за Церковь и Патриарха, увы, впоследствии оправдались. Митрополит Антоний, в политических вопросах детски наивный, не мог учесть последствий рокового Обращения к православным русским беженцам за границей, явно монархического по содержанию и продиктованного эмигрантскими политическими страстями».[8]

Призывы Всезаграничного Собора осложнили положение Русской Церкви за рубежом и в России. И послужили первопричиной раскола русской церкви. 5 мая 1922 г. в Москве на соединенном присутствии Священного Синода и Высшего церковного совета под председательством Патриарха Тихона было вынесено постановление, которое в виде указа Патриарха было выслано возведенному в сан митрополита Евлогию для передачи в ВЦУ:


«Председателю Высшего Церковного Управления за границей
Преосвященному Антонию, Митрополиту Киевскому и Галицкому


По благословению Святейшего Патриарха Священный Синод и Высший церковный Совет в соединенном присутствии слушали: предложение Святейшего Патриарха от 28 марта (10 апреля) сего года следующего содержания: Предлагаю при сем №№ «Нового времени» от 3 и 4 декабря 1921 года и 1 марта 1922 года. В них напечатаны послания Карловацкого Собора и обращение к мировой Конференции. Акты эти носят характер политический и, как таковые, они противоречат моему посланию от 25 сентября 1919 года. Посему:

1. Я признаю Карловацкий Собор заграничного русского духовенства и мирян не имеющим канонического значения и послание его о восстановлении династии Романовых и обращение к Генуэзской Конференции не выражающим официального голоса Русской Православной Церкви;

2. Ввиду того, что заграничное Русское Церковное Управление увлекается в область политического выступления, – а с другой стороны, заграничные русские приходы уже поручены попечению проживающего в Германии Преосвященного Митрополита Евлогия, Высшее Церковное Управление за границей упразднить;

3. Священному Синоду иметь суждение о церковной ответственности некоторых духовных лиц за границей за их политические от имени Церкви выступления.

По обсуждению изложенного предложения Святейшего Патриарха,

Постановлено:

1. Признать «Послание Всезаграничного Церковного Собора чадам Русской Православной Церкви в рассеянии и изгнании сущим» о восстановлении в России монархии с царем из дома Романовых, напечатанное в «Новом времени» от 3 декабря 1921 г, № 184, и «Послание мировой Конференции от имени Русского Всезаграничного Собора», напечатанное в том же «Новом времени» от 1 марта сего года за № 254, за подписью Вашего Преосвященства, – актами, не выражающими официального голоса Русской Православной Церкви и, ввиду их чисто политического характера, не имеющими церковно-канонического значения,

2. ввиду допущенных Высшим Русским Церковным Управлением за границей означенных от имени Церкви выступлений и принимая во внимание, что, за назначением тем же Управлением Преосвященного Митрополита Евлогия заведующим русскими православными церквями за границей, собственно для Высшего Церковного Управления там не остается уже области, в которой оно могло проявить свою деятельность, означенное Высшее Церковное Управление упразднить, сохранив временно управление русскими заграничными приходами за Митрополитом Евлогием и поручить ему представить соображения о порядке управления названными церквами,

3. для суждения о церковной ответственности некоторых духовных лиц за границей за их политические от имени Церкви выступления озаботиться получением необходимых для сего материалов, и самое суждение, ввиду принадлежности некоторых из указанных лиц к епископату, иметь по возобновлению нормальной деятельности Священного Синода, при полном, указанном в соборных правилах, числе его членов. О чем, для зависящих по предмету данного постановления распоряжений, уведомить Ваше Преосвященство.


5 мая (22 апреля) 1922 года. № 348
Член Священного Синода Архиепископ Фаддей
Делопроизводитель Н. Нумеров»[9]


Митрополит Евлогий вспоминает, что указ произвел на него ошеломляющее впечатление. Он сразу же написал письмо митрополиту Антонию и приложил к нему копию указа. В ответ получил телеграмму: «Волю Патриарха необходимо выполнить, немедленно приезжайте». Из-за болезни митрополит Евлогий смог приехать в Карловцы только спустя четыре недели. Но настроение в Карловцах изменилось: сформировалась оппозиция указу Патриарха. Митрополит Евлогий на заседании ВРЦУ сделал доклад об указе. Содокладчиком был секретарь Управления Махараблидзе, который привел доводы в пользу того, что с указом можно не считаться.[10] Митрополит Евлогий заявил, что взят недопустимый тон в отношении Патриарха, и покинул заседание.

Tags: 20-е, 20-й век, 30-е, РПЦ и церковь, армия, архивы_источники_документы, балканы, биографии и личности, гражданская война, дискуссии, диссида и оппозиция, европа, заграница, законы и конституция, запад, идеология и власть, история, коллаборационизм, красные и белые, миграция и беженцы, нравы и мораль, патриархи, правители, православие, предательство, протесты и бунты, противостояние, развал страны, революции и перевороты, религии, романовы, российская империя, русофобия и антисоветизм, русский мир, священники, сепаратизм, ссср, староверы и расколы, страны и столицы, сша, турция и византия, факты и свидетели, фальсификации и мошенничества, христианство, хроника
Subscribe
promo eto_fake march 28, 2012 00:37 7
Buy for 10 tokens
Large Visitor Globe Поиск по сообществу по комментариям
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments